Не единственная

Над крышами замка кружат несколько драконов, но стоит Дариону издать тихий свист, как один из них опускается вниз и распластывается перед лаэрдом.

Это тот самый анкр, на котором Дарион летал в Южное гнездо. Крупный, с темно-зеленой чешуей, отливающей золотом. Вытянутая морда увенчана костистыми наростами, напоминающими корону, а каждый глаз размером с футбольный мяч – не меньше.

Дракон раскрывает крылья, и они занимают почти все пространство перед парадным крыльцом.

– Идем, – Дарион властно обнимает меня за талию и увлекает за собой, прямо к этому чудовищу!

А тот, в свою очередь, демонстрирует жуткий оскал и косит в мою сторону левым глазом.

– Что?! Ты хочешь скормить меня этому монстру?!

Упираюсь пятками в землю. Выпутываюсь из мужских рук и отпрыгиваю на безопасное расстояние.

– Скормить? – дарг смотрит на меня с легкой досадой. Мол, как сам-то не догадался? – Нет, Рааш человечиной брезгует, у него от нее несварение.

Тоже мне, успокоил!

Я на всякий случай делаю еще один шажок в сторону и с подозрением интересуюсь:

– Тогда зачем мне к нему подходить?

– Ты на нем полетишь. Если он позволит, конечно. Но предупреждаю, какой бы магией ты ни воспользовалась, чтобы задурить голову Ниффелиусу, на Рааша она не подействует.

– Да нет у меня никакой магии! – восклицаю в сердцах. – Если бы была, то ты бы ее почувствовал, разве нет?

Надеюсь, я не ошиблась. Анабель ведь говорила, что на даргов человеческая магия не действует, да и книги подтвердили ее слова.

С минуту Дарион размышляет над тем, что я сказала.

А я внезапно вспоминаю про духи, которые остались на столике в спальне. Теперь не получится вернуться за ними…

Что же делать? Хотя какая разница! Если Дарион понял, что я не его жена, то любые уловки теперь бесполезны. Остается только надеяться, что Анабель все просчитала, и ее муж хочет ребенка больше, чем избавиться от самозванки.

– Я не маг, – он качает головой. – Я не могу распознать в тебе магию, но я знаю того, кто может. Рааш!

Дракон поворачивает голову на его оклик. Фыркает, выпуская из ноздрей горячий пар, и меня едва не сдувает в сторону. Успеваю инстинктивно ухватиться за лаэрда, который непонятно как опять оказался рядом, и устоять.

Тихо смеясь, Дарион прижимает меня к себе и шепчет мне на ухо:

– Тебе придется сесть на него, хочешь ты этого или нет. Но не переживай, я не позволю тебе упасть. Наоборот, буду беречь больше собственной жизни.

А затем подталкивает в сторону анкра.

Да он сумасшедший! Ну, насколько вообще может быть сумасшедшим мужчина с вертикальными зрачками и змеиной чешуей, выступающей у него на теле в минуты душевных волнений.

По инерции делаю несколько шагов и застываю у сгиба крыла. Как раз напротив мощных антрацитовых когтей, каждый из которых длиной с мою руку.