Не единственная

На ней красное платье, расшитое гранатами, а высокую прическу украшает красная кружевная мантилья.

Кажется, это свадьба…

Перед тем, как пламя окончательно гаснет, я снова вижу себя. Или, точнее, свою копию. На этот раз уже взрослую, лет двадцати. А рядом с ней стоит… Дарион.

Я вглядываюсь в его лицо, отмечаю каждую черточку, ловлю взгляд…

И мне очень не нравится, как нежно он улыбается моему двойнику, как осторожно держит ее за руку.

Ревность захлестывает меня жгучей волной. Волосы на затылке шевелятся, по спине ползет холодок…

И только когда картина рассыпается серой золой, вспоминаю: девочка!

Во время бегства у женщины на руках было два младенца, но потом я видела ее только с одной дочерью. Куда делся второй ребенок?

Глава 17

Чувствую себя истощенной. Как физически, так и морально.

– Такова плата за возможность заглянуть в прошлое, – объясняет Лохан. – Будущее требует в пять раз больше сил. И не всегда «смотрящий» остается доволен увиденным. К тому же, будущее не предопределено, пока его не знаешь. Любой твой поступок может все изменить.

Я не слушаю его. У меня болит голова. Так болит, что малейший звук отдается в ней ударом гонга. Еще и камень в руке…

Немного подумав, прячу изумруд за пазуху. Мужчины с интересом наблюдают за мной, но молчат. Правда, Лохан многозначительно хмыкает, а Дарион вдруг подхватывает на руки, несет к стулу, садится и усаживает меня себе на колени. Баюкает, как ребенка. А я и рада стараться: привалившись к его плечу, закрываю глаза.

Покой. Мне нужен покой.

Но, кажется, с покоем придется подождать, потому что я хочу получить ответы.

– Вы сказали, что ответите на мои вопросы, – произношу, морщась от ломоты в висках.

– Да, – Лохан протягивает чашу с золотистой жидкостью, пронизанной сотнями пузырьков. – Выпей-ка вот, это восстановит силы.

– Что это?

– Эльфийский мельх.

Снова эльфы! Кстати, а куда делся тот… Хатш, кажется…

Мои руки слишком слабы, чтобы удерживать чашу. Дарион помогает, и я посылаю ему благодарный взгляд.

На миг наши глаза встречаются. Меня окатывает теплом с ног до головы, а в ложбинке между грудей начинает пульсировать камень.

Осторожно пробую напиток. Он достаточно сладкий, терпкий и густой. Растекается по горлу каплей патоки. Пузырьки газа щиплют язык.

Лохан откидывается на стул, смотрит, как я смакую эльфийский мельх.

В голове слегка проясняется. По крайней мере, меня уже не тошнит от слабости.

– Спрашивай, что ты хотела узнать? – напоминает маг. – А я пока кое-что сделаю для тебя. Дайка-ка свой камень. Да не боись так, я в нем просто дырочку просверлю, вставлю ниточку, а ты наденешь на шею – будет тебе Луннар.

– Что? – зажимаю свою драгоценность в кулак.

– Драконий амулет. Такие амулеты дарги надевают либо детям, либо своим шиами.

В его словах есть резон.