Не единственная

Пока соображаю, чьи крылья он имеет в виду, мой дарг делает неуверенный шаг к выходу, а потом молниеносно пересекает разделяющее нас пространство. Схватив меня в охапку, прижимает к себе, утыкается носом в мои волосы, шумно втягивает запах и… отпускает.

Я сижу в полном шоке. А он удаляется так быстро, что это больше похоже на бегство. Его шаги затихают где-то в глубине коридора.

– И что это было? – перевожу взгляд на мага. – Можете объяснить?

Тот снисходительно кивает:

– Какому мужчине приятно признавать, что он ошибся и выбрал в жены не ту?

– Значит, не Анабель его шиами? – озвучиваю очевидное.

– Значит, не она, – Лохан хитро улыбается.

– А я, значит… она…"

"Глупо-то как! Я истинная пара получеловека-полудракона? Ничего бредовее в жизни не слышала!

– Выходит, что так. Это тебя пугает?

– Да не то чтобы очень… – пожимаю плечами. – Просто до недавнего времени я считала, что драконы только в сказках бывают… В нашем мире их нет…

Вот и призналась. Чего уж теперь скрывать.

Лохан задумчиво поглаживает бороду.

– Ну что ж, я догадывался, что шиами Дариона находится за пределами нашего мира. Когда-то он пригласил меня в Лемминкейр, чтобы я посмотрел на его супругу и сказал, что с ней не так. Разумеется, Анабель не предупредили о моем визите. Мы столкнулись якобы случайно, мне, старику, легко показаться неуклюжим. Но того мгновения было достаточно, чтобы я почувствовал двойные нити в ее ауре. Такие же, как у тебя. Только твои расположены в зеркальном отражении.

– И что это значит?

Впрочем, я уже знала, что сейчас услышу.

– Вы близнецы. Причем ты старшая. Наследница силы.

Последнее слово из его уст звучит как-то особенно. С непонятным значением.

– Наследница? – непонимающе хмурюсь.

– Ведьмин дар передается старшей дочери в момент рождения. Но у каждой новорожденной ведьмы есть Тень – вместилище ее силы. Обычно это голем, которому предстоит сдерживать дар до совершеннолетия самой ведьмы. Его создает мать, вмешивая в глину послед и кровь из пуповины.

Ну и гадость! Представила – и сразу потянуло вернуть назад весь выпитый мельх. Но я мужественно сжимаю зубы и глотаю горький комок.

Перед глазами встает картина пожарища и женщина с младенцами, бегущая от солдат. А вместе с этим приходит понимание:

– У матери Анабель не было времени сделать голема. Она едва успела родить, когда на город напали…

– Это было не нападение. Уже сотни лет как магия и ведовство на человеческих землях под строжайшим запретом, а за ворожбу полагается смертная казнь. Но ты права, ваша мать не успела создать голема. Она просто спрятала тебя в мертвом мире, а себе оставила младшую дочь. Мне было бы весьма любопытно узнать, как она это сделала.

– Мертвом?

– Да, это миры, где нет магии.