(Не) первая ночь с эльфийским Чудовищем

Бедра сами подались вперед, ноги раздвинулись, словно повинуясь голосу супруга, хотелось, чтоб он продолжил трогать меня… там.

— А на что похоже? То, что тебе понравилось вчера. Неужели ты ничего не помнишь, маленькая развратная человечка? — на этом вопросе он больше не церемонился. Отодвинул край белья в сторону и… вошел.

— А-ах! — я всхлипнула, закусив губу. Почему он делает это? Сейчас? Верхом на коне. Неужели не мог дождаться вечера как все нормальные молодожены? У меня внутри боролся страх перед огромным эльфийским Чудовищем и желание, до того острое, что я жмурилась и теряла ощущение реальности. Конь давно вынес нас из портала, и сейчас мы, кажется, приближались к огромному белому особняку, но все это происходило где-то отдельно, словно не со мной. Сейчас все ощущение сконцентрировались на его пальцах. А те брали меня. Жестко. Быстро. Со знанием дела. Планомерно доводя до пика блаженства.

Более того, эльф начал целовать меня в шею. В те места, которые я едва смогла замазать перед свадьбой. И сейчас, с каждым влажным поцелуем, краска стиралась, открывая этому свету багровые засосы. Когда я вздрогнула от оргазма, мы уже стояли напротив входа в особняк.

И нас встречала прислуга! Целый ряд ехидно улыбающихся эльфов, которые пялились на меня с… сочувствуем? Да что это такое-то?! Почему все так на меня смотрят?!

— Дрэгоэль! — возмутилась я, кое-как слезая с его пальцев и поворачиваясь к нему. Пахнуло кровью. — Так нельзя! Меня же видят… люди!

Он зло усмехнулся. А потом…

— Откуда кровь? — эльф поднес к глазам испачканные пальцы. После его жаркий синий взор, прежде затуманенный страстью, начал проясняться. Взгляд скользнул на мою шею, всю покрытую засосами, на бедра… которые скрывало платье, но сейчас ткань сбилась, и белую кожу «украшали» отметины, оставшиеся с прошлой ночи. Изо рта Дрэга вышел пугающий рык. Он спрыгнул с коня, осторожно снял меня.

— Проводите мою супругу в ее покои! — звучало предельно зло. — И… вызовите лекаря! Срочно!

4.1

Дрэгоэль

Я… увлекся. Близость Ежевички разбудила Зверя, и теперь у меня не было причин его останавливать. Не стоял рядом брат, которому нужно было показать пламя, и нас не окружала толпа эльфиек, глядящих на меня со смесью страха и отвращения на точеных лицах.

Элария сидела в седле передо мной, такая теплая, близкая и мягкая, ее каштановые, слегка волнистые волосы, ласкал ветер, бросая пряди мне в лицо, обдавая ягодным ароматом, который полностью развязал мне руки.

И сам не понял, как уже был внутри нее. Покрывал поцелуями нежную шею, мечтал о всяких непотребностях, которые необходимо делать с женой. Ведь теперь я женат, а значит, ничего больше не отделяет меня от того, что я столь одержимо жажду получить.