Не ты

— Ты не понимаешь, что говоришь…

— Я хочу свой первый раз провести с тобой, — прошептала Маша. — Что здесь непонятного?

Глава 12

Может, ей все и было понятно, а вот Самохин как-то не сразу сообразил, о чем Маша толкует. Замер на несколько секунд, заправил подушку в наволочку и медленно оглянулся.

— Что? — переспросил, как дурак.

— Я хочу свой первый раз провести с тобой, — с достоинством вздернув подбородок, повторила Маша.

— О, Боже…

Ничего лучше Самохин сказать не мог. Маша его нокаутировала. Выбила из него дерьмо всего парой слов. А потом добила, плевать, что лежачих не бьют, медленно развязав узел на полотенце. Он сглотнул, проследив взглядом за его скольжением. Отложил в сторону злосчастную подушку. Зажмурился, и снова открыл глаза, но видение никуда не исчезало. Маша все так же стояла перед ним — голая, и… нереально красивая. Самохин не ошибся. Бледные веснушки покрывали все ее тело. Он хотел поцеловать каждую… Скулы сводило от желания напасть на них ртом, подмять Машу под себя, придавить собственной тяжестью, и тереться о ее нежную алебастровую кожу всем телом, оставляя на ней ярко-красные метки.

— Я тебя хочу… — еще раз повторила Маша, делая шаг к мужчине. А Дима стоял, как изваяние, в отчаянной попытке обрести контроль над кипящими внутри эмоциями. Бесперспективно. Они мощными гейзерами вырывались наружу. Они прожигали его до костей.

— А ты… ты меня совсем не хочешь, да?

— Нет! Ну, что ты, солнышко… Просто… Не под наркотой, ладно? Чтобы ты потом не пожалела.

— Я не пожалею, Дима. Я так давно этого хочу…

Маша взяла его руку и положила себе на грудь. Если он выдержит эту пытку — можно уже ничего не бояться… Ее губы прижались к его груди.

— Я столько о тебе мечтала, Дима…

Ну, после этого он, конечно, не выдержал. Собрал красное золото ее волос в кулак, потянул легонько, запрокидывая голову.

— Мечтала? — требовательно переспросил, метнувшись взглядом по ее красивому лицу без грамма косметики.

— Каждую ночь… когда ласкала себя, я представляла, что это делаешь ты.

У нее не было шансов после этого. Ну, и что, что не хотел торопиться? Ей-то он может сделать приятно?! Впился в рот, подхватил под аккуратную попку ладонями, и Маша, не раздумывая ни секунды, оплела его пояс ногами. Да… Они шикарно смотрятся на фоне его загорелой кожи. Он знал, что так и будет. Он… тоже мечтал. Взгляд метнулся вниз, туда, где она была розовой и открытой… Осторожно, придерживая за хрупкую спину, опустил девушку на кровать.

— Покажи… — шевельнул губами у ее покрытого влагой виска.

— Что? — не поняла Мура, замерев на мгновение.

— Покажи, как ты себя ласкала."

"Ее глаза сумасшедшие, дикие, неуправляемые. Немного растерянные, но покорные. В них готовность ему подчиниться. Самохина конкретно трясет.