Неподходящие люди

Совсем ничего.

Он вообще обо мне не думает. Ни разу глаза не поднял. Ему вообще плевать, каково мне. Он целует мои половые губы, потому что сам этого хочет, изголодался по вкусу и запаху женщины. Лижет и тащится.

А мне бы… хотя бы одно объятие или нежное слово… Клянусь, мне многого не надо, я тоже изголодалась, мне бы хватило. Но нет, ничего из этого он и не думает подарить мне, как-то расслабить, настроить.

Отрывается от меня и устраивается сверху, целует шею, стягивает платье и мнет грудь, целует, не задумываясь о засосах, которые оставляет. И только мне становится приятно, только я расслабляюсь, как он прекращает и делает что-то другое, снова бесчувственное. Ласки, в которые не вкладывается ни одной эмоции. Ласки для галочки. Неловкие, мешающие."

"Он снимает штаны, я приподнимаюсь на локтях и вижу его розовый, возбужденный член. Ровный, чуть загнутый вправо — и от этого едва заметного взглядом дефекта просто безумно кайфово в постели, я еще тогда обратила внимание. Анатомически он мне идеально подходит. Презервативы с пупырышками вновь рушат романтический настрой, не нужна мне подобная дополнительная стимуляция. Слово бы шепотом страстно на ухо от него… Но Ваня надевает презерватив, падает на меня и сразу толкается внутрь. Но у меня… настолько сухо, что у него не получается. Он пальцами расправляет и снова входит. Шипит.

Нужно потерпеть. Пытаюсь убедить себя, что он не виноват, просто… забыл о том, каково быть нежным. Нужно потерпеть. Чуть-чуть. Он ведь спас меня, из-за меня с ним все это случилось. Я злюсь на себя: чего ты ноешь, утверждала, что любого будешь ждать. А сейчас хочешь исчезнуть и в другом месте оказаться?

- Как узенько, Юлька. Правда, что ли, никого? - почти ласково, почти заботливо, куда-то в шею. И начинает двигаться. Я обнимаю его руками и ногами с жаром и потребностью и, наконец, начинаю получать долгожданное удовольствие. Его движения внутри меня приятны, я мечтала об этом. И вскоре начинаю тихо стонать, сжимая его лопатки через футболку, которую он не позволяет снять. Он вдруг меняет позу, переворачивает меня на бок и тут же снова входит сзади. Чтобы принять его так, приходится сильно выгнуться и расслабиться. Толчки быстрые, сильные. Он держит меня за грудь, вколачиваясь в мое тело. Подстроившись, я снова начинаю стонать, кусаю губы. Опускаю руку на клитор, мне очень хочется разрядки. Она необходима мне.

- Еще чуть-чуть, милый, еще, - молю я, захлебываясь воздухом, но в этот момент он кончает и останавливается. Я позволяю себе разочарованный стон, тогда он выходит из меня, легонько шлепает по промежности, гладит, снова шлепает и этого хватает, чтобы кончить. Но оргазм получается поверхностный, бледная вспышка, крошечная искра вместо обещанного пожара, оставляющая после себя неприятный осадок.