Невеста мафии
Когда сыщики влюбляются – преступникам становится некомфортно вдвойне.Буря чувств и океан страстей сметают на своем пути любые злодейские преграды, уловки и козни! Один минус: любовная нега затуманивает взгляд, и даже опытный опер порой не замечает очевидного…Так и капитан милиции Петрович, лежа в больнице с простреленной ногой, начал приударять за медсестрой Лидочкой. И думал он о чем угодно, но только не о последствиях этого флирта. И вдруг Лидочка бесследно исчезает. Похоже на то, что ее похитили торговцы женской красотой, на счету которых несколько убийств в подпольном стриптиз-клубе. И вот Петрович, как говорится, рвет чеку. Теперь его не остановит ничто. На розыски любимой он готов отправиться к черту на кулички – на сибирские золотые прииски, в самое разбойничье гнездо, где шансов остаться в живых – почти никаких…
Это была девушка – об этом я мог судить по энергетике девичьего тела, которая легко улавливалась фибрами по-настоящему мужской души. И притом – симпатичная, о чем говорили глаза. Черты лица мягкие, но четкие, глаза большие, глубокие, идеальной формы нос. Губы сухие и тонкие, кожа лица грубоватая, слегка зачерствевшая от ветра и солнца. Если судить по глазам, ей было лет двадцать пять, но в общем она выглядела немного старше.
– Была команда «Подъем», – голосом снисходительно-сердитого старшины сказал я.
– Мне нужно одеться, – густым и низким для женщины, но довольно приятным на слух голосом отозвалась она.
– Так в чем же дело?
– Отвернись, пожалуйста, – вежливо, но на «ты» попросила она.
Я не хотел думать, что девушка собирается выстрелить мне в спину, но увы, такой возможности не исключал.
– Ты так хороша, что я не могу оторвать от тебя взгляд, – покачал я головой.
– А ты попробуй.
В ее улыбке было больше сарказма, чем кокетства.
– Не могу.
– Ну, смотри!
Ее фразу можно было истолковать двояко. Судя по интонации, с которой она была произнесена, я должен был опасаться каких-то последствий собственной несговорчивости.
Совершенно голая, как Афродита… Хотя нет, Афродита выходит из пены морской, а здесь только студеная река и лесистые горы. Может, уместней было сравнить ее с Хозяйкой Медной горы, но та вроде бы появлялась перед людьми в одежде.
Мысли путались у меня в голове, но глаз с девушки я не спускал и палец со спускового крючка тоже.
– А вы чего уставились? – натягивая на себя свитер, грубо спросила она, обращаясь к своим спутникам.
Парни разом покраснели, но это не помешало им, перед тем как отвернуться, переброситься меж собой скабрезными взглядами.
– У этого не все дома, – как о чем-то само собой разумеющемся, сказала она, кивком головы показав на меня. – А вы еще не заслужили, чтобы пялиться на меня.
– Не все дома, – сказал я, снисходительно усмехнувшись.
– И что тебе нужно, одинокий ты мой?"
"Девушка взялась за джинсы, но влезать в них не торопилась: не хотела делать это на моих глазах. Да и не было особого смысла спешить. Свитер длинный, почти до колена, гнуса, как это ни странно, не было… ну, почти не было, так будет верней.
– Поверь, женского тепла и ласки я не ищу.
– Ну, хоть не озабоченный, и то хорошо… Кстати, Варвара Михайловна, – представилась она.
– Где? – спросил я, изобразив реверсный поворот головы.














