Невеста мафии

Для начала я должен был опросить стриптизерш, которые с ней работали, возможно, кто-нибудь из них подтвердит более тесную связь между ним и ею, нежели всего лишь приватный танец.

Задача, надо сказать, не простая, если не сказать трудновыполнимая, учитывая мой внешний вид. Знаете, не люблю, когда меня спрашивают, в каком секонд-хэнде я одеваюсь.

Уязвленный низкой статусной оценкой своей персоны, я поймал попутную «девятку». Я не стал козырять корочками, а заплатил водителю, чтобы он подвез меня к ночному клубу «Эдельвейс». И все равно поймал на себе его косой взгляд. Остролицый парень с хвостиком волос окинул меня критическим взглядом и усмехнулся. Похоже, он очень сомневался, что я принадлежу к сливкам общества.

А простым смертным в «Эдельвейс» путь был заказан. В этом я убедился еще на подступах к ночному клубу. Заведение находилось в центре города, на улице Социалистической. Размещалось оно в сталинском доме послевоенной эпохи – без особых архитектурных вычурностей, но длинном, громоздком, с мощным фундаментом и высоко поднятыми межэтажными пролетами. Вдоль фасадной стороны здания тянулся тротуар, но прогуливаться по нему обычным гражданам почему-то запрещалось. Днем – пожалуйста, а ночью – в обход, по пешеходной «зебре» через дорогу и дальше по аллее. А не свернешь – наткнешься на милицейский пост из двух человек, и тебе вежливо предложат изменить маршрут. Можно сказать, что идешь в клуб, но ведь могут и не поверить, потому что к этому заведению подъезжают на машинах, на своих или хотя бы на такси. Парковка перед зданием сплошь заставлена иномарками – от недорогих «Шевроле» до крутых «Порше».

И гаишник здесь машет жезлом – одних привечает, других прогоняет. «Девятка», на которой подъехал я, ему явно не понравилась, и он направился к ней. Парень за рулем занервничал, но я вовремя вышел из машины, и он смог уехать.

Краснощекий, с брюхом старший лейтенант проводил «девятку» пренебрежительным взглядом, в том же духе ощупал меня глазами и махнул жезлом в сторону аллеи. Дескать, проваливай, не место тебе в калашном ряду.

Разумеется, слушать я его не стал и направился к парадному входу, перед которым переминались с ноги на ногу два дюжих парня в строгих костюмах и с рациями в руках.

– Ну, ты что, непонятливый?

Гаишник расторопно опередил меня, преградил путь.

– Зато ты понятливый, – сказал я, предъявив ему служебное удостоверение.

– Ну и дальше что? – спросил он смягченным тоном, но все так же снисходительно.

Хорошо, что хоть с дороги сошел.

– Дело у меня, – кивком показал я на громил.

– Поверь, твои корочки там не работают.

– Посмотрим.

Мой, мягко говоря, малопрезентабельный вид подействовал на охранников, как красный флаг на гестаповцев. Они дружно и молча сомкнулись в стенку передо мной.