Невеста мафии
Когда сыщики влюбляются – преступникам становится некомфортно вдвойне.Буря чувств и океан страстей сметают на своем пути любые злодейские преграды, уловки и козни! Один минус: любовная нега затуманивает взгляд, и даже опытный опер порой не замечает очевидного…Так и капитан милиции Петрович, лежа в больнице с простреленной ногой, начал приударять за медсестрой Лидочкой. И думал он о чем угодно, но только не о последствиях этого флирта. И вдруг Лидочка бесследно исчезает. Похоже на то, что ее похитили торговцы женской красотой, на счету которых несколько убийств в подпольном стриптиз-клубе. И вот Петрович, как говорится, рвет чеку. Теперь его не остановит ничто. На розыски любимой он готов отправиться к черту на кулички – на сибирские золотые прииски, в самое разбойничье гнездо, где шансов остаться в живых – почти никаких…
– Может, ты собираешься организовать мне летальный исход?"
"– Ты дурак, Петрович, если так думаешь, – оскорбленно посмотрел на меня Семиряднов. – В общем, мой тебе совет, бери срочно отпуск и вали отсюда. Я узнавал, у тебя за прошлый год отпуск не догулян, тебе пятьдесят суток можно взять. Плюс еще по болезни… В общем, пару месяцев можешь взять. Давай, заявление пиши, а я его Гнутьеву передам…
– А вот возьму и напишу! – неожиданно для себя согласился я.
– Ну, пиши.
– Ну и напишу!.. Там в столе, в ящике, бумага. Только спиной ко мне не поворачивайся и руки за себя не прячь…
Я должен был держать Олега под контролем, чтобы не прозевать момент, когда он достанет оружие.
Я написал заявление на отпуск, отдал ему. Он обещал позвонить мне завтра утром, сообщить результат – дал Гнутьев добро или нет, а если разрешил, то с какого по какое число.
Семиряднов ушел, а я закрылся на все два замка, еще и внутреннюю защелку задействовал. Хоть и не верил я Олегу, но все ж его предупреждение воспринял всерьез… Вдруг парень осознал, насколько далеко зашел в игре с Горожановым, вдруг захотелось ему хоть как-то смягчить свою вину передо мной… А может, весь этот ералаш он устроил только для того, чтобы выпроводить меня в отпуск.
С запертой дверью, но с поврежденной ходовой частью и без пистолета я чувствовал себя беззащитным. Чтобы хоть как-то успокоиться и заодно чем-нибудь себя занять, я вынул из дальнего ящика стола финский нож с отличным стальным, но слегка притупленным лезвием и принялся его точить.
Ночь прошла спокойно, а утром я поковылял в мастерскую к своему хорошему приятелю, который взял заботу о моей многострадальной «Тойоте». Как я и предполагал, сгорел генератор, но Коля уже восстановил его. Денег он много не взял, но посоветовал купить новый и хороший аккумулятор, иначе, сказал, машина снова останется без напряжения.
С машиной было легче, чем пешком, и все равно мне пришлось порядком походить на костылях, прежде чем я приобрел аккумулятор.
Я еще не успел перевести дух, как зазвонил телефон.
– С отпуском все в порядке, – без всякого восторга сообщил Семиряднов. – Можешь гулять до середины августа…
– А путевка в Сочи? – спросил я, вспомнив о своих вчерашних предположениях.
– Ты откуда про путевку знаешь? – удивился Олег.
– Да так, догадался.
– Есть путевка. Заезд через четыре дня.














