Новая мама в семье драконов (СИ)

Его ладонь обхватила с боку мою медицинскую рубашку, сжимая её так, что ранее свободная ткань резко стянулась, выдавая очертания моего тела. Я невольно вздрогнула, но после медленно кивнула, прикусывая губу. Мысль о том, что одним движением дракон может оставить меня практически без одежды смущала и будоражила одновременно. В любом случае, это был равноценный обмен."

"Каллен тихо усмехнулся и в следующую же секунду поменял нас местами, позволяя мне вновь быть сверху. Одновременно с этим его рука резко сорвала с меня столь неугодный дракону атрибут одежды. Я осталась практически обнаженной, под рубашкой не было даже бюстгальтера.

Невольно сведя плечи ближе к груди, я сдержалась от неловкого желания прикрыться ладонями. Моё тело никогда не было для меня эталоном красоты, в то время как Каллен, если исключить его шрамы, был почти безупречен.

— Ты прекрасна, – услышала я вдруг и ощутила, как ладонь дракона ложится на мою щеку. Возвращая взгляд к нему и видя теплую улыбку, я тут же отпустила всякие неугодные мысли. Взгляд опустился ниже, передо мной предстал отличный вид обнаженных сильных рук, напряженной шеи, горячей груди и рельефного торса.

Почти везде на коже Каллена были шрамы, шероховатости, рубцы. Дракон очень внимательно следил за моим взглядом, улавливая каждую эмоцию на лице. Наверное, он и сам до сих пор думал о своих несовершенствах. Глупый. Я ещё не встречала мужчину, которого настолько украшали бы все его шрамы…

Я выгнулась в спине и прильнула ближе. Решила начать с шеи. Мои губы, наконец, коснулись его кожи. Настойчиво, теперь уже бескомпромиссно я прикоснулась к шраму близ плеча, медленно потянулась вверх, к шее, желая ощутить каждый миллиметр неровности кожи, а после одарить каждый рубец горячим поцелуем.

Пусть чувствует все трещинки на моих губах. Пусть знает, насколько сильно я хочу любить его всего и прикасаться к каждому шраму… прикасаться к нему настоящему.

Я на несколько долгих секунд задержалась на большом рубце на шее от ножевого ранения. Затем приоткрыла глаза. Медленно, так нехотя оторвала губы от теплой кожи дракона. Выдохнула. Воображение рисовало манящую картину: как влажный кончик языка скользит от его шеи до шрамов на груди, оставляя за собой горячий мокрый след.

Следуя этому желанию как первому и единственному инстинкту, я спустилась ниже, теперь уже не отрываясь от Каллена. Губы вновь аккуратно дотронулись до очередного зажившего пореза, желая изучить каждый миллиметр неровности кожи. Нежно, но в то же время настойчиво. Мои действия вдруг заставили дракона откинуть голову назад, хоть до этого он терпеливо и даже с опаской следил за мной. Я знаю, ему нравилось. Я прекрасно чувствовала его напряжение, как он вздрагивает, горячо выдыхает.