Изменить 6-го

— Это ты скажи спасибо, — огрызнулся я, размахивая клюшкой в опасной близости от его горла. — Еще раз заикнешься про ее дырочку, и я снесу тебе на фиг башку, понял?

— Уймись, Ал, — прикрикнул на него Подж и снова повернулся ко мне. — А если серьезно, Джо? С чем ты завязал? С Холландом и его компашкой?

Я коротко кивнул.

— В принципе завязал. Со всем.

— Реально?

— Ага."

"Я принужденно пожал плечами, подцепил шлитар и, исполнив одиночный пробег, ловко послал мяч в дальний угол ворот. Обливаясь потом, снова завладел мячом и помчался через все поле в попытке снять напряжение. Мой период воздержания бил все рекорды. И я по-прежнему противился искушению, карабкался, не сворачивал с намеченного пути.

Ради нее.

— И давно? — спросил Подж, принимая от меня подачу.

— Что давно? — вклинился Алек.

— Пару недель. — Я вытер вспотевший лоб краем игрового свитера. — Понимаю, радоваться пока рано, но начало положено.

Руки и ноги сводило чудовищной судорогой, какая не возникает после самых интенсивных физнагрузок. Дураку ясно, в чем причина. Мой организм жаждал не спорта. Не пищи, не воды, не совершенно бестолковой травки. Он жаждал чего-то позабористее.

Ломало меня просто по-черному.

Однако после двух недель ада я не собирался уступать монстру. Пусть поголодает еще. Хотя бы час. Потом другой, третий.

Не сдавайся, чел.

— Обалдеть. — Подж округлил глаза и, запулив шлитар через все поле, отправил Алека на длинную подачу. — Скажи честно, это Ифа сподвигла тебя на столь глобальные перемены? — спросил он, как только Алек оказался вне зоны слышимости. — Она хорошо на тебя влияет, чел.

— Мы взяли паузу, — вырвалось у меня мучительное признание.

Пожалуй, Подж был единственным, кому я доверял, если не считать двух главных девушек в моей жизни.

Мне удалось целую неделю проработать с Тони бок о бок и не проболтаться о том, что произошло между мной и его дочерью. Правда, сталкиваться с ним — и с неизвестным — было пыткой, но, надо отдать ему должное, Тони относился ко мне с прежней теплотой.

— Вы с Ифой расстались? — Подж вытаращил глаза, и у меня в голове промелькнуло, что тут на прежнее отношение можно не рассчитывать. — И давно?

— С тех пор, как я осознал, что тащу ее за собой в пропасть.

— Ты прикалываешься?

— Да перестань, — скривился я. Если уж говорить, то начистоту. — Сам знаешь, наши с ней дорожки самую малость расходятся.

— А тебя это волнует?

— Она меня волнует.

— Вы расстались окончательно?

Мое сердце ушло в пятки, внутренний голос завопил: «Блин, надеюсь, что нет».

— Зависит от обстоятельств.

— От каких?

— Получится у меня вылезти из дерьма или нет.

— Но ведь получилось.

— И не скатиться обратно, — нехотя добавил я. — А с этим, чел, у меня большие напряги.