Изменить 6-го

— Даже не вздумай, Гудини, — пригрозил я час спустя, глядя, как моя девушка косится на стену, окружающую спорткомплекс, по которой она без труда взбиралась тысячи раз.

Теперь с такими забавами покончено.

— Ифа, без шуток. Забудь.

— Ты драматизируешь.

— Нет, проявляю благоразумие.

Она закатила глаза:

— С каких пор в словаре Джоуи Линча появилось слово «благоразумие»?

— С тех самых, как «Ифа Моллой» и «беременность» стали синонимами, — парировал я, протягивая ей школьный джемпер. — Садись на дорожку.

Она с ворчанием взяла джемпер, сложила его вдвое и постелила на бетонное покрытие.

— Спасибо, что накормил. — Вытянув бесконечные ноги, Моллой пристроила пакет из коричневой бумаги с дымящимися чипсами на колени и сокрушенно вздохнула. — Я совсем на мели и всю неделю не ходила на работу. Значит, мне заплатят недели через две, не раньше.

У меня ситуация с финансами складывалась ничуть не лучше, но, если парень не в состоянии купить своей беременной девушке жалкую порцию чипсов, нужно сразу вывести его в поле и пристрелить.

— Насчет денег не парься, — устроившись рядом, сообщил я, хотя у самого голова шла кругом за двоих.

— В смысле?

— Если твой отец не возьмет меня на полную ставку в гараж, найду другую работу, — пожал я плечами. — Я обещал позаботиться о тебе и выполню обещание, ясно? За деньги не переживай. Это моя головная боль.

— А как же школа?"

"— А что школа? — Я горестно вздохнул и обхватил колени руками. — Дети — дорогое удовольствие, Моллой.

— Нет, Джо, — запротестовала она. — Так не пойдет. Ты должен доучиться.

— Нет, доучиться должна ты. Чтобы зарабатывать, мне не нужны «корочки».

— Забыл, что сказал папа? Он примет тебя на стажировку только после получения выпускного аттестата.

— Ифа, на кой черт мне эта бумажка? Задницу подтирать? — возразил я. — Мне пофиг на аттестат. Тебе он необходим, факт. А я как-нибудь обойдусь.

— Мне рожать только в сентябре. Мы оба успеем спокойно окончить школу. Осталось потерпеть каких-то два месяца. Два месяца, и мы расплюемся с БМШ.

— В сентябре? — Господи Исусе. — Тебе рожать в сентябре?

— Двадцатого, — кивнула Моллой.

— Сразу после твоего дня рождения?

Снова кивок.

Я шумно выдохнул.

— Ну и какой у тебя срок?

— Четырнадцать недель с хвостиком, если не ошибаюсь.

— Господи, Ифа, у тебя уже второй триместр.

— Знаю, — выдавила она. — Мне безумно страшно.

— Не бойся, — попытался успокоить ее я, снова стремительно впадая в панику. Рассудок не справлялся с потоком информации, перевернувшей жизнь с ног на голову. — Тебе рожать в конце сентября, через неделю у нас апрель, значит за пять с половиной месяцев мы должны решить вопрос.