Изменить 6-го

Страдалицу можешь изображать перед сыновьями, но со мной этот номер не пройдет. Я тебя насквозь вижу, Мэри!

— Слушай, он нагрянул в палату к Шаннон, — настороженно косясь на меня, сообщил Даррен. — Мы поговорили, вышел спор, и Джоуи умчался прочь. Я думал, обратно в смотровую.

— Спор? — закипая от ярости, прошипела я. — И о чем именно?

— Джоуи у нас чересчур вспыльчивый.

— Еще бы, — оскалилась я и всплеснула руками. — Откуда там взяться самообладанию? Ты понятия не имеешь, через что ему пришлось пройти за последние шесть лет!

— Ифа, ты перегибаешь палку.

— Что вы ему сказали? — напирала я. — Из-за чего-то же он сорвался, и мне нужно знать, из-за чего!

— Понимаю, ты действуешь из лучших побуждений, но я не обязан перед тобой отчитываться.

— Отчитываться ты будешь перед своей совестью, — огрызнулась я, дрожа всем телом. — Потому что, если с ним что-нибудь случится, виноваты будете вы!

— Давайте начистоту. Джоуи выписался из больницы с единственной целью, — ринулся в атаку Даррен. — Раздобыть дозу.

— Заткнись, — пригрозила я, выставив ладонь. — Заткни свою гребаную пасть.

— Он наркоман, Ифа, и моей вины тут нет.

— Как у тебя все просто, — сипло выдавила я. — Он не родился наркоманом и не собирался им становиться. Его зависимость — прямое следствие восемнадцати лет, прожитых в аду, бок о бок с нелюдями, у которых вам не посчастливилось родиться.

— Ифа, довольно!

— Нарываешься, Мэри! Ты не заслуживаешь называться его матерью. — Я в бешенстве обернулась к ней. — Ты в принципе не заслуживаешь его любви! — Сморгнув набежавшие слезы, я изливала свою боль на женщину, причинившую столько страданий моему парню.

 — Все считают твоего мужа садистом и тираном, но я прекрасно вижу, что творишь с родным сыном ты! — Не помня себя от злости, я постучала пальцем по виску. — Мне известно, какая ты на самом деле. Я тебя насквозь вижу!

— Не смей так разговаривать с моей матерью! — рявкнул Даррен, заслоняя собой Мэри. — Либо сбавь тон, либо проваливай.

— Ты чудовище, — не унималась я, тыча в нее пальцем. — Ты годами ломала Джоуи психику, накручивала его, подрывала самооценку. Ты и только ты внушила ему, что он копия отца.

Негодяй, обуза и сплошное разочарование!

— Ифа, как тебе не стыдно!

— Ты искалечила ему всю жизнь, — выпалила я, не испытывая ни малейших угрызений совести. — Можешь сколько угодно зарывать голову в песок, но ты и только ты сломала ему психику. Твои слова причинили Джоуи гораздо больше боли, чем отцовские кулаки. Ты — помешанная на газлайтинге стерва!

— Кто бы говорил.

— От меня твой сын видел только любовь.

— И даже в избытке! — взорвалась Мэри, схватившись за голову.