Новогоднее утро с... Бандосом!

— Работай, Лен, — подмигивает мне и буквально исчезает за дверью, оставляя меня наедине с последним делом и очень странной перспективой.

И вот сижу я, смотрю на фотографии вагонов и пытаюсь понять, кто на самом деле украл эти гребаные игрушки и зачем. И, самое главное — чувствую, что в этом деле не всё так просто. Что-то здесь слишком гладко... и слишком подозрительно. Чёрт, похоже, это дело куда сложнее, чем я думала... Ладно, и не с таким справлялись. Что тут у нас от криминалистов?

Глава 3 Дарьял*

Пять дней до Нового года

«Дзынь, дзынь, дзынь» — звенит в башке. Как тяжело. Нахрен мы столько пили?

«Я больше ни-ни» — нагло вру своему организму, надеясь, что дебилы без чувства самосохранения сейчас наиграются с кнопкой и свалят, а я смогу нормально выспаться.

Звонок повторяется. Вздохнув, сдавливаю пальцами пульсирующие виски. Раньше не замечал, что у моего дверного звонка такой громкий и мерзкий звук.

Зачем мне вообще дверной звонок? Не помню, чтобы кто-то из своих им хоть раз пользовался. Шлюхам и курьерам я открываю сам, а чужие ко мне заходят очень редко. Наверное, аура отпугивает, как в сказках про мрачный лес, когда герой покрывается мурашками при виде темных кривых стволов старых деревьев и зловещего тумана.

Мда. Похоже, в вискаре было что-то тяжелое. Мой пьяный мозг генерирует полнейший бред, а дебилы за дверью снова давят на кнопку звонка.

— Да черт бы вас побрал! — Сжимаю зубы.

Звонок сменяется очень настойчивым стуком. Кажется, по моей двери бьют ногами. Охренели что ли? Кто там такой бессмертный?

Скатываюсь с кровати на пол, смачно шлепнувшись голым торсом о паркет. Поправляю трусы, съехавшие с задницы, и едва продрав глаза, чтобы не собрать все косяки, иду открывать.

Передо мной два незнакомых мужика. Один в кожанке с меховым воротником, а второй напоминает небритый платяной шкаф — высоченный, широкий, с щетиной на щеках. Моя интуиция еще не протрезвела, а от наркоманского бреда в мозгах становится смешно, только эти двое моего веселья не разделяют. Ну да, не все же вчера столько пили.

— Я никого не вызывал… вроде, — хмурюсь, пытаясь хоть что-то вспомнить, но вчерашний вечер в моей памяти сохранился лишь короткими отрывками.

— Мы обычно сами приходим, — заявляет мужик в кожанке и сует мне в лицо корочку.

Продрав глаза, читаю: «Марьянин Максим Олегович. Старший оперуполномоченный…»

Э-э-э… забавная обезьянка в моей голове стучит круглыми железными штуками, никак не вспомню название. Пить, наверное, надо все же меньше.

— Заинтриговали, парни, — кошусь на «платяной шкаф».

— Никакой интриги, — Марьянин делает шаг ко мне.