Обещание горца

– Спасибо, Катриона, – пробормотал тот и посмотрел на Бетию: – О чем ты так долго разговаривала с Жизель и Мэлди?"

"Бетия подавила желание сказать ему все как есть, упомянув предложение Жизель не выпускать его из кровати. Она могла бы поклясться, что Эрик знает – они обсуждали Катриону и ее поведение. Вовсе ни к чему подтверждать его догадки. То, что она стоит тут, повиснув на нем почти как Катриона, само по себе должно потешить его самолюбие.

– О рождении детей, – мягко улыбнулась Бетия, – хороших манерах, – она в упор взглянула на Катриону, не в силах отказать себе в удовольствии, – и о разбитых зубах.

 – Тут Эрик не выдержал и засмеялся. – Жизель особенно интересовали разбитые зубы.

– Могу себе представить, – сказал Эрик, знакомый с ее характером.

– У леди Жизель проблемы с зубами? – удивленно спросила Катриона.

Пока Эрик недоверчиво смотрел на Катриону, Бетия успокоилась. Она не хотела думать, что Катриона настолько глупа. Но эта женщина либо не сознавала, как она раздражает остальных, либо была так чудовищно самоуверенна, что принимала враждебность за знаки внимания. Катриона знала, как использовать красоту, чтобы соблазнить мужчину, и не имела моральных принципов, что делало ее опасным врагом.

Но Бетия начала понимать, что больше в ней ничего интересного нет.

– Э-э, нет, – пробормотал Эрик, решив, что, очевидно, не остроумие Катрионы привело его в ее постель. – Зубы Жизель в порядке.

– Это хорошо. Плохие зубы могут доставить немало хлопот, это больно и неприятно. Я счастлива, что у меня нет проблем с зубами.

– Да, мы это заметили, – сказала Бетия. – Даже стоя на другом конце зала, я могла видеть белизну вашей улыбки. На самом деле, когда потушат огни, вашей улыбки может быть вполне достаточно.

Уверяю, я была ослеплена.

– Бетия, – предостерегающе прошептал Эрик, но в его голосе звучал смех.

Увидев злость на лице Катрионы, Бетия решила внять предупреждению. Законы гостеприимства запрещали оскорблять гостя, даже незваного и невоспитанного. Бетия также заметила, что ей наконец-то удалось задеть толстокожую Катриону, и, наслаждаясь этим, она решила не устраивать сцену.

Несколькими мгновениями позже Бетия поняла, что с нее довольно. Ее присутствие должно было сказать Эрику, что она не собирается терпеть рядом с ним другую женщину, но, кажется, только разозлило Катриону.

Бетия утешала себя тем, что Эрик явно чувствовал себя не в своей тарелке. Она подумала, что следовало бы выручить его, но мило извинилась и сказала, что ждет его в спальне. Сопроводив это заявление многообещающей улыбкой, Бетия подумала, что теперь Эрику будет совсем неловко. Раздевшись, Бетия налила вина и забралась в постель. Потягивая вино, она успокоилась, не желая выплескивать на Эрика свое раздражение.