Обещание горца

 – Лорд жестом пригласил Эрика сесть по левую руку. – Похоже, что меня обманули, и не вы, как я всегда полагал."

"– Нет, сэр, не я, – тихо сказал Эрик, садясь и принимая из рук пажа бокал вина. – Грэм Битон удерживает Дублин и не собирается от него отказываться. Ему только на руку, что никто не помогает мне.

– Он сказал, что вы какой-то бастард, претендующий на место ребенка, рожденного Катериной и умершего в младенчестве.

– А, так он не сказал вам, что я – ее ребенок!

Лорд Ранальд Макмиллан покачал головой:

– Если бы нам сказали, мы забрали бы тебя к себе. Мне было бы тяжело признать, что моя сестра вступила во внебрачную связь, но не принять ребенка, ставшего плодом этого греха, мы не смогли бы. Нет, Битон, муж Катерины, а теперь и Грэм всегда заявляли, что ты самозванец, лжец и вор, почуявший легкую добычу.

– Он ясно дал понять, что положит конец нашему союзу, если мы примем тебя и позволим вести свою игру, – сказала леди Мэри Макмиллан.

– А вы никогда не задавались вопросом, почему он так боялся, что вы можете увидеть меня, если я – всего лишь самозванец?

Лорд Ранальд поморщился:

– Было проще поверить в это, чем в то, что сестра родила бастарда. Ее муж…

– Был скотиной и глупцом. Он хотел сына, потратил большую часть своей никчемной жизни, делая детей каждой женщине, попадавшейся на его пути. Но у него получались сплошь девочки. Он подумал, что я – сын любовника его жены, и вышвырнул меня вон.

– Вышвырнул?

– Он велел своим людям отнести меня в лес и оставить умирать на холме. Затем приказал убить вашу сестру, мою мать, и повивальную бабку или сделал это своими руками – не могу сказать наверняка.

– Расскажи мне все.

– Это очень некрасивая история.

Потрясенный лорд Ранальд рассмеялся и снова наполнил кубок.

– Я начинаю это понимать.

Эрик вздохнул и начал свое печальное повествование. Большую часть того, что говорил, он уже излагал в письмах и прошениях, но, судя по всему, они даже не читали их. Он наблюдал, как лорд Ранальд становится бледнее с каждым словом, видимо, впервые осознав всю глубину зла, содеянного мужем его сестры. Эрик слабо улыбнулся, увидев слезы на глазах леди Макмиллан. Он вспомнил, что Бетия тоже плакала, слушая его рассказ.

– А этот Грэм – того же поля ягода?

– Думаю, да. Жизнь бедных жителей Дублина, кажется, не стала легче под его правлением. Это одна из причин, по которой я продолжаю добиваться признания своих прав на Дублин. Я верю, что люди, живущие там, заслуживают лучшей доли.

Лорд Ранальд пристально посмотрел на него и сказал:

– Хотя ты наследник Битонов и настоящий Макмиллан, ты продолжаешь называть себя Мюрреем.

– Думаю, я всегда буду так себя называть, – пожал плечами Эрик. – Я тринадцать лет рос, считая себя бастардом Мюрреев.