Очаровательная блудница

У меня есть немного масла…

– У тебя с собой есть белые одежды?

– Ты не понимаешь! Надеть белые одежды – значит обнажиться!

– Комары сожрут! Погляди сколько!

– Да… У нас под сенью нет комаров. – Зарница мечтательно вздохнула. – Если отнимем Яросвета, ты отдашь его мне?

– Возьмешь, если захочет.

– Он захочет! Мы понравились друг другу! Мы уже с ним занимались тантрой. Это восхитительно! Отдашь?

– Укажешь, где ваша база, – отдам, – серьезно пообещал он. – Как называется место, где вы обитаете? Сколько вас там? Отроков, отроковиц… В общем, все по порядку.

– Место? – Ему уже казалось, она прикидывается дурочкой. – Какое место?

– Где находится ваша страна Амазония, – теряя терпение, произнес Рассохин. – Где вы на круг выходите.

И получил ответ, достойный партизанки:

– Не толкай меня на предательство! – Голос аж зазвенел. – Подставлять человека… Если даже ты боишься его и презираешь… В любом случае отвратительно! Пытать станешь – не скажу!

Стас махнул рукой.

– Ну, пытать я тебя не буду. Сейчас вернется Матерая – позову ее. И сдам тебя с потрохами! Думаю, она даже спасибо скажет, что вернул блудную дочь.

– Ты не посмеешь этого сделать! – взъелась блаженная. – Я женщина! Какая подлость!

– Будешь дергаться – свяжу!

Она замерла на мгновение, гневно глянула и опустила голову.

– За это я и ненавижу вас, мужчин! – выдавила сквозь зубы. – И если бы не зов природы…

– Где? – Рассохин навис над ней, изображая злодея.

Отроковица заслонилась рукой.

– В урочище Гнилая Прорва.

– Там поселок сгорел! Там негде жить!

– Мы в лагере живем.

– В каком лагере?

– На женской зоне, в бараках. На другом берегу от Гнилой.

Стас сел на бревно.

– Колыбель будущего человечества – в бараках…

– Все религии мира вышли из пещер, – парировала Зарница, явно повторяя чужие слова. – Не в условиях суть.

– Религия? Вот как…

– Придет время, и завещание пророчицы сбудется. Мы построим город Кедра…

– Если Матерая с Сорокиным не украдут ваши деньги!

У блаженной был позыв подтвердить это, но она отвернулась и пробубнила:

– Внутренние дела общины можно обсуждать только с посвященными.

– Ну и сколько вас там, отроковиц первозванных?

– Нас уже сорок, – похвасталась. – Без меня тридцать девять… И двенадцать отроков. Вернее, сейчас тринадцать…

– Галицын – тринадцатый отрок?

– А что? Это счастливое число.

Отроковица перестала скалиться, гримасничать, и Рассохин как-то уже подзабыл о ее блаженном состоянии, но она подсела сбоку, прильнула плечом и мечтательно напомнила:

– Вот если бы ты согласился пойти со мной! И мы вместе отыскали пророчицу, получили ее благословение…

Закончить эту фантазию не позволил взревевший на реке лодочный мотор.