Огуречный бизнес попаданки (СИ)

И ваш высокий титул отнюдь не дает вам права…

— Это не шутка, мадемуазель, — он не дал мне договорить. — Мое предложение абсолютно серьезно. Я предлагаю вам стать моей женой.

По его лицу я не смогла прочесть никаких эмоций. Он говорил всё это совершенно безучастным тоном — таким, должно быть, он просит по утрам дворецкого или экономку принести ему чашку чаю.

— Вы предлагаете мне стать герцогиней Клермон? — ни на секунду не поверив в это, уточнила я.

— Именно так! — подтвердил он.

Десятки самых разных мыслей пронеслись у меня в голове."

"Может быть, он влюбился в меня с первого взгляда еще там, в гостинице в Альенде, и именно поэтому его свадьба с мадемуазель Эванс так и не состоялась? Но этот вариант показался мне слишком фантастическим.

А может, он поссорился с невестой и решил таким образом ей отомстить? Но даже в этом случае он вряд ли обратил бы свой взор на девушку с таким сомнительным происхождением, как мое. На роль своей невесты в Валье-де-Браво он легко нашел бы множество куда более знатных претенденток.

Куда более вероятным я сочла его внезапное сумасшествие. Невеста расторгла помолвку, его рассудок не вынес этого, и он вернулся домой, дабы не шокировать своим безумием столичное общество.

Но в таком случае мне следовало держаться от него как можно дальше. Усыпить его бдительность и бежать от него прочь.

И я сделала маленький шажок назад.

Наверно, в моем взгляде он увидел страх, потому что усмехнулся и тоже чуть отступил.

— Я понимаю, мадемуазель, что мое предложение должно было показаться вам странным. Но поверьте — у меня есть основания поступить именно так.

— Основания? — переспросила я. — Позвольте узнать, какие.

Он покачал головой:

— Это не столь важно, мадемуазель. Разве вам недостаточно того, что вы получите титул и из своего деревенского дома переедете в мой особняк?

Я ничего не понимала. Он говорил совершенно спокойно, и в его глазах я не видела никакого лихорадочного блеска, который мог бы свидетельствовать о его невменяемости. И мадам Шабри наверняка сказала бы мне, если бы что-то в его поведении ее насторожило.

— Мне хотелось бы знать, сударь, на что я соглашаюсь, принимая ваше предложение, — я решила проявить настойчивость.

А может быть, он был садистом, который любил мучить своих женщин, и это стало известно обществу, и теперь ни одна девица из приличного семейства не согласится стать его женой? Эта версия была ничуть не лучше версии с сумасшествием. И уж точно никакой титул не стоил того, чтобы связывать себя узами брака с таким мужчиной.

— Хорошо, — он кивнул, — я вам всё объясню. Дело в том, что меня обвинили в преступлении, которого я не совершал. И обвинение может привести к тому, что меня лишат титула.