Она (не) твоя

Я понял, как легко потерять тех, кто тебе дорог, и как сложно вернуть. И уж тем более забыть.

Ведь прошло столько времени, а Алиса все еще снится мне чуть ли в каждом сне, иногда я вижу ее в прохожих и оборачиваюсь на похожие голоса и смех.

Да, не скрою, раньше я хотел видеть рядом с собой ту Алису, которую знал до свадьбы, а теперь часто задаюсь одним и тем же вопросом: а разве размер груди или длина ног вообще имеют хоть какое-то значение? Разве это главное в женщине? Разве за это любят?

Теперь ответы я знаю наверняка.

И почему же не додумался своим мышиным мозгом тогда задавать себе подобные вопросы?.. Почему мне так важна была картинка, а не целый мир из эмоций, улыбок и любви, что таился у нее внутри? Почему только сейчас, потеряв ее, я осознал все это?

Жданову, в отличие от меня, видимо, удалось увидеть и оценить ее внутренний мир…"

"«Прежде чем хватать его за грудки, спроси, сколько бессонных ночей на его счету, сколько ночных поездок в аптеку, сколько колыбельных он спел нашей дочери!» — так и крутились в голове слова Алисы.

Внутри все переворачивается, когда я представляю свою дочь у него на руках, когда перед глазами мелькают картинки, как Алиса спит с ним в одной постели.

Ей богу, если взять отвертку и воткнуть ее в грудную клетку, то наверняка будет не так больно, как сейчас у меня на душе.

Я люблю ее, люблю нашу дочь, и дай бог мне сил вернуть их и сделать так, чтобы они никогда-никогда не пожалели об этом.

В кармане завибрировал телефон, достав его, я прижался спиной к стене веранды и хмуро посмотрел на незнакомый номер.

— Алло?

— Артем, это Кирилл Жданов. Можешь приехать к нам? Это очень срочно!

Глава 39. Золотое сердце

Алиса

— Почему я только сейчас узнаю об этом, Алис? — всплеснул руками Кирилл. — По-твоему это пустяк?

— Такое было всего один раз… я… я тогда подумала, что это от нервов или недосыпания и не придала этому значения.

— Не придала значения! — укоризненно покачал он головой и скрестил на груди руки. — Не могла сделать вдох из-за боли, сдавило грудную клетку, и не придала значения?! Ну, как ребенок, ей богу!

Кирилл подал Софе бутылочку с питанием и, присев рядом со мной на кухонном диване, взял со стола мобильник.

— Кому ты звонишь?

— Эльдару Георгиевичу.

— Кто это?

— Кардиолог, который вытащил твоего отца с того света.

В трубке долго шли гудки, а затем вызов оборвался.

Кирилл зашел в интернет, нашел поиском номер телефона клиники, в которой работает тот доктор и позвонил на ресепшн.

— Эльдар Георгиевич в отпуске до двадцатого марта, но мы можем записать вас на прием к другому специалисту, — отдаленно услышала я вежливый женский голос.

Кирилл отказался от предложения и, сбросив вызов, с задумчивым видом постучал пальцами по столу.

— Кому бы тебя показать… — заторможено проговорил он.