Опасная игра леди Эвелин

А как бы я ни ненавидел герцога, такой судьбы я ни себе, ни ему не желал. Он должен предстать перед судом, его пособники должны быть раскрыты — и люди должны об этом узнать.

Смерть — это слишком легко, слишком просто для такого мерзавца, как он.

— Тайная служба Его Величества, — отозвался «Форк».

— Никогда про нее не слышал, — бросил сквозь зубы и на всякий случай взвел курок.

— На то она и тайная, — тускло пошутил он. — Я знаю, что вы посещали лорда Честера, где просили помощи в вашем расследовании. Этого довольно, чтобы вы начали мне доверять?

— Нет.

— Я спас вашу жизнь, — напомнил он.

— И избили меня. Дважды, — хмыкнул, но беззлобно.

— Отчаянные времена требуют отчаянных действий. Вы не дали нам времени подготовиться.

—Яне дал? — переспросил, хотя расслышал все с первого раза.

Жандарм в шаге от меня открыл глаза и поднял голову, бестолково озираясь. Хотелось от души отпинать его по ребрам — примерно так, как отпинали меня самого.

Но я сдержал этот порыв. Вместо этого довольно грубо заломил ему руки за спину и застегнул наручники так туго, как только сумел.

Затем вновь посмотрел на «Форка». Я старался не терять его из вида, потому что не определился еще, могу ли ему доверять. Трудно доверять человеку, о котором ничего не знаешь. Он верно передал наш разговор с лордом Честером, но он мог его и подслушать. Или герцог вел куда более обширную игру, чем я предполагал.

Следовало не ослаблять бдительности. И не поворачиваться к «Форку» спиной.

За несколько прошедших минут от высшей степени изумления оправился Лорд-Канцлер. Он полностью вернул себе контроль над выражением лица. Выпрямился, нарочно выпятил грудь колесом и широко расставил ноги, стараясь показать, кто хозяин положения. На фоне приземистого и нескладного «Форка» выглядел он действительно грозно.

— Полномочия арестовать Лорда-Канцлера, коим являюсь я, есть лишь у четверых людей в стране. Вас среди них я не припомню, так что подите прочь, — бросил он через губу и брезгливо оправил сюртук.

— Уже у пятерых, — «Форка» подобное ничуть не смутило. — Полезайте в экипаж, герцог Саффолк. Сохраните остатки достоинства. Или сопротивляйтесь — и отправитесь в наручниках.

Я пристально следил за каждым его движением, потому что прекрасно представлял, на что способен загнанный в ловушку зверь. И потому увидел, как тот медленно, очень осторожно и практически незаметно для глаза начал сдвигать правую ладонь, которую упирал в бок, за спину. Под сюртуком наверняка скрывался револьвер.

— Не двигайся, — бросил ему, не сдержавшись.

— Иначе что? — сверкнул герцог взглядом. — Убьешь меня, ублюдок?

Я даже не поморщился. Очевидно, в его голосе до сих пор не улеглось осознание, что он — вероятно — проиграл.