Опасная игра леди Эвелин

Когда он посмотрел на меня, его взгляд недовольно сверкнул. — А ваша поспешность и горячность едва не стоила нам успешного завершения расследования, лорд Беркли, — сурово отчитал он.

Злость вспыхнула внутри, но я подавил ее усилием воли.

— И опустите, наконец, уже револьвер, — припечатал он.

Финн счел нужным вступиться.

— Не будьте столь суровы с лордом Беркли, герцог Саффолк едва не лишил его жизни, и у него не было ни малейшего основания доверять мне или моим словам.

Герцог Херефорд лишь хмыкнул. Но перевел суровый взгляд на Лорда-Канцлера, который чутко ловил каждое слово.

— Вы обвиняетесь в дюжине государственных преступлений, герцог, — сказал он. — И по личному распоряжению Его королевского величества с настоящего момента вы арестованы. Вас поместят в одиночную камеру, в которой вы будете находиться все время, пока не завершится расследование и вам не предъявят обвинения.

— И что же за дюжина государственных преступлений, могу я спросить, Лоуренс?

Лорд-Канцлер намеренно обращался к каждому по именам, игнорируя титулы и правила вежливости. Хотел за счет этого принизить собеседников и вознести себя.

— Для казни будет достаточно создания магических артефактов, — отрезал королевский дознаватель. И сказал, повысив голос. — Стража!

Я посторонился, чтобы пропустить шестерых мужчин, мундиры которых украшала нашивка в виде личной печати Короля. Они служили ему и подчинялись лишь ему и не принадлежали ни к жандармерии, ни к дознавателям, ни к иным структурам. Гвардия Короля.

— Не смейте меня касаться! — герцог Саффолк отшатнулся от них, но бежать было некуда, и потому спустя минуту его взяли в плотное кольцо и практически вытолкали наружу.

Он бранился, но безрезультатно. Никто не обращал внимания.

— Что же, — проскрипел королевский дознаватель. — Доброй ночи, господа. А я должен проследить, что Лорда-Канцлера разместят в тюрьме подобающим образом.

Смерив меня напоследок еще одним недовольным взглядом, герцог Херефорд покинул флигель за гвардейцами, и мы остались втроем.

— Я бы не отказался выпить, — нарушил тишину лорд Честер. — Вероятно, у вас, Ричард, накопилось множество вопросов.

— Так и есть, — кивнул я. — И я был бы рад их обсудить, но прежде необходимо дать знать близким, что я в порядке.

— Конечно, — спокойно согласился лорд Честер. — Поднимемся в мой кабинет, сочините им записку, и отправим посыльного.

Так мы и сделали, и уже через десять минут я вновь оказался в знакомой комнате, в которой побывал не так давно. Первым делом набросал короткое послание Эвелин, тщательно запечатал и передал лакею. И уже только потом позволил себе откинуться в мягком кресле и вытянуть ноги.