Остров Вальгалла

Вальцеферов не знал, как трудно было старшему лейтенанту сдержать себя и не довернуть корпус при броске еще на пятнадцать градусов. В этом случае подполковник одновременно ударился бы о пол и затылком. А это гарантированное сотрясение мозга с возможными тяжелыми последствиями.

Разница в системе обучения в спецназе ГРУ и в школе «Вальгалла» существовала значительная, и главной чертой характера этой разницы была направленность на результат. В «Вальгалле» курсантов откровенно готовили для уличной драки, а в спецназе ГРУ драться не обучали принципиально. Там обучали убивать, потому что в боевой обстановке любой противник становился смертельным врагом, и его следовало уничтожить физически прежде, чем он или другие враги уничтожат тебя.

Майор Счастливый, кажется, заметил состояние подполковника. И поторопился.

– На этом первую часть лекции будем считать завершенной. Вторая часть после перерыва. Постарайтесь не курить или хотя бы курить поменьше.

И тоже встал, показывая, что и курсанты свободны.

Александр, сидящий рядом с Ратиловым, вытащил пачку сигарет еще до того, как курсанты начали выходить из аудитории…

* * *– За что ты его так? – с усмешкой спросил Вадим, устраиваясь рядом с Ратиловым на отдых. – Вроде бы почти добродушный ментяра, в меру хамоватый и почти ненаглый.

– Он же мент… – сказал сидящий здесь же Александр. – И этим все сказано. Все правильно. Мент – он и в Африке мент и получает не больше, чем заслужил…

Пропустив комментарий мимо ушей, Вадим внимательно посмотрел на Станислава и чуть дольше, чем следовало бы. Так взглядом подчеркивают важность разговора.

– Я немного в бросках понимаю. Видел, как ты в конце притормозил движение, не довернул корпус. Специально?

– Специально, – кивнул Ратилов, не расшифровывая свой поступок.

– Он бы пол головой пробил.

– Неизвестно, что крепче – голова или пол, – сказал Александр. – Менты на голову слабы.

– Пожалел? – Вадим слов Александра словно бы и не слышал, продолжал обращаться только к Ратилову.

– Пожалел. Сам говоришь, что человек он почти добродушный.

– Я еще добавил слово «вроде». Это слово в сказанном все и решает.

Фраза прозвучала значительно.

– Не очень понял, – Станислав почувствовал, что разговор не является простой болтовней, а имеет какую-то скрытую пока подоплеку, однако не мог понять, какую именно.

– Можно было доворачивать, – сказал Вадим мрачно. – Нужно было доворачивать. Он того заслужил. Было бы над чем посмеяться. Или ты человек невеселый?

– Человек я с чувством юмора, – сказал старший лейтенант, – только вот к черному юмору отношусь не очень хорошо.

– Черный юмор – это когда про кавказцев и азиатов, про «черных» то бишь? – спросил Александр.