Пиявка голубых кровей

Дверь в комнату бесшумно отворилась, появилась горничная, она поставила на стол поднос и исчезла.

– Вам налить? – предложила Марго, взяв фарфоровый чайник.

– Спасибо, – улыбнулась я, подняла молочник и налила в свою пустую чашку немного сливок.

На лице Марго появилась настоящая, а не протокольная улыбка.

– О! Вы живете в Англии? В Европе не любят чай с молоком, а уж если и пьют его, то доливают сливки в напиток. А вы поступили как знаток английского чаепития: сначала молоко, а потом уж чаек.

– Я бываю в Лондоне, но редко, у нас дом в Париже, – сказала я чистую правду, а дальше начала вдохновенно врать: – У нас в соседях там леди Маунтбеттен. У нее я научилась правильно пить чай. У Кейт еще всегда подают сэндвичи с огурцами, ну и кексы, конечно.

– Сэндвичи с огурцами, – рассмеялась Марго, – это классика. Я попала в Великобританию почти ребенком и от всей души возненавидела бутерброды с кружочками этих овощей. Москвичке хотелось колбаски, пирогов с капустой. А в доме моего будущего мужа подавали нечто, на мой взгляд, отвратительное: хлеб с огурцами! Потом я привыкла, и нынче у меня вызывает отторжение ломоть батона с докторской. Интересно, кто из Маунтбеттенов живет в Париже? Спрошу у Дианы, она носит ту же фамилию. Ди – владелица прекрасного журнала моды.

Я начерпалась знаний об английском чаепитии из романов Агаты Кристи и там же узнала о Маунтбеттенах, поэтому продолжила:

– Мы с Кейт беседуем только о собаках. У нее три корги. А у нас целая свора.

– Ох уж эти англичане, – покачала головой Маргарита, – можно дружить с ними сорок лет, но разговоры будут вертеться вокруг охоты, собак, живописи, театральных постановок. Но раз леди принимает вас дома, то это показатель того, что она считает вас своим человеком."

"– Очень ценю ее отношение ко мне, – воскликнула я.

В беседе повисла пауза. Мы с Марго сидели молча и улыбались друг другу. Спустя мгновение хозяйка дома воскликнула:

– Ну, хватит. Соблюли приличия, поболтали на отвлеченную тему. Рассказывайте, зачем пришли.

– Это займет немало времени, – предупредила я и начала вводить Марго в курс дела.

– Вы меня шокировали, – призналась Маргарита, когда я завершила рассказ. – Вера! Больше всего мне хочется о ней забыть.

– Вы считаете Веру убийцей Аллы? – откровенно спросила я.

Маргарита поправила небольшое жемчужное ожерелье.

– Да. Тому есть доказательства.

– Какие? – полюбопытствовала я. – Почему она убила сестру? Или произошел несчастный случай?

Марго сделала брезгливый жест рукой.

– Право, смешно. Если бы Вера примчалась домой в слезах, с криком: «Алла упала в воду и утонула», ей бы ни разу в жизни не напоминали, не говорили многократно: «Подходить к Алле строго-настрого запрещается».