Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Порывисто приближаюсь, чтобы поцеловать Машу в лобик и провести ладонью по макушке.

— Уверен? — шепчу совершенно серьезно, внимательно смотря на Диму.

— Я с десятками сотрудников в горсовете справляюсь. Думаешь, с одной мелкой не смогу? — хмыкает самоуверенно.

Что ж, попробуй, депутат Щукин. С детьми возиться — это тебе не кресло целыми днями продавливать!

Слабо киваю, отпускаю их нехотя, а сама спешу переодеться. Домашней клушей на официальном мероприятии я точно выглядеть не хочу, но и слишком соблазнительный наряд будет неуместен. Останавливаю свой выбор на любимом юбочном костюме нежного розового цвета. Я знаю, что он мне идет. Точнее, шел, когда я была блондинкой, а сейчас… Впрочем, нет времени перебирать наряды!

Макияж дневной: чуть подвожу реснички, наношу тональный крем, а губы покрываю матовой помадой. Выходит вполне симпатично и по-деловому. Уложить волосы в прическу не успеваю, поэтому лишь слегка придаю им приличную форму при помощи шпилек и невидимок.

На пороге вдруг вспоминаю о драгоценностях. Жена депутата не может выйти свет, не обвешавшись ими, словно елка новогодняя. Суматошно нахожу коробочку с золотыми сережками, колечком и кулоном, выполненными в едином стиле и инкрустированными россыпью рубинов. Стараюсь не думать, чей это подарок, чтобы не бередить свежую, кровоточащую рану.

Делаю глубокий вдох, приводя себя в чувства, и выхожу в гостиную. Краем глаза замечаю, как закрывается дверь в комнату Эльвиры. После того, как женщина узнала, что я остаюсь, он начала избегать моего общества. Объявила бойкот? Если так, то лишь облегчила мою жизнь!

Мельком бросаю взгляд на супер-плоский LED-телевизор, разместившийся на стене. Эльвира так шустро сбегала от меня, что даже выключить его не успела. Подумав, нахожу пульт, но замираю, устремив взгляд на экран.

По местному телевидению крутят новостной сюжет о мероприятии, куда я после клиники заявилась вместе с Димой. То и дело показывают кадры, где Щукин обнимает меня и аккуратно чмокает Машу. Со стороны мы выглядим так душевно, искренне, словно настоящая семья. Но сказку разбивает вдребезги политическая реклама с натянуто улыбающейся моськой Димы на весь экран. Неслучайно ее запустили сразу же после такого трогательного семейного спектакля. Отличный пиар."

"Волна ярости и разочарования накрывает меня, ведь я четко осознаю, зачем мы вдруг понадобились Щукину сегодня. Очередная пиар-акция! И все случившееся в комнате Маши — исключительно для того, чтобы вжиться в роль и мою бдительность усыпить. Ай та Дима, ай да… Не гнушается даже ребенка использовать. Я, конечно, тоже не лучше, стерва еще та, как оказалось. Но хотя бы жалею о своем поспешном, предпринятом на эмоциях поступке.