Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Опытный соблазнитель, и от этой мысли становится еще обиднее.

Прерываю поцелуй, касаюсь губами гладко выбритой, но шершавой, грубой щеки. Прижимаюсь плотнее к явно натренированному телу.

— Завтра мы перевезем вещи, — нарочито нежно шепчу Диме на ухо, обхватывая губами мочку. — Поможешь нам? — веду язычком вниз по шее.

Реакция, как я и ожидала, запоздалая. Дима отодвигается, как в замедленной съемке, с трудом переводя дыхание, потом треплет свои волосы и, наконец, сурово смотрит на меня. Но во взгляде все еще переливается патока желания. Животное — оно и в депутатском кресле животное!

— Какие вещи? — рявкает он, одумавшись. — Ты совсем ох… — косится на приоткрытую дверь, через проем которой видно Машу, и продолжает тише, словно та может подслушать и что-то понять. — Очумела? Заявляешься сюда с ребенком…

Прерываю его поток сознания, уложив пальчик на тонкие губы. Цокаю язычком неодобрительно и качаю головой.

— Не выражайся при дочери, — произношу нараспев, отчего Дима мрачнеет еще больше. — Раз уж ты не рад нам, то мы просто уйдем.

Пожимаю плечами и закусываю нижнюю губу, на которую тут же опускается жадный взгляд Димы. Животное! Впрочем, для меня это уже не новость!

Совладав с собой, мужчина возвращается к моим глазам и усмехается победно. Рано радуется!

— Что, и даже чаю не попьете? — бросает ехидно, и в этот момент хочется залепить ему пощечину, чтобы убрать эту мерзкую улыбку с лица, но я сдерживаюсь. — Так я вас провожу.

Указывает рукой на дверь, будто пропуская. Любезно, галантно… Лицемер!

Разворачиваюсь на каблуках и делаю пару шагов к выходу, но на пороге бросаю небрежно:"

"— Думаю, прессе будет интересно узнать, как кандидат в депутаты Дмитрий Щукин выбросил за дверь собственного ребенка.

Еще один крохотный шажок и останавливаюсь, ожидая реакции. Слышу тяжелое дыхание позади — и взрыв!

Чувствую грубую хватку на своем локте, а потом меня проворачивают вокруг своей оси. Едва не теряю равновесие, из-за чего вынуждена вцепиться в накачанные плечи Димы. Было бы проще, если бы он оказался толстым и обвисшим! Неправильный депутат!

Щукин перекладывает ладонь на мой затылок и больно сжимает волосы. От мужчины пахнет злостью и отчаянием. А еще зерновым кофе и благородным парфюмом. Никакого привкуса табака. Все же я была не права: он не курит.

— Думаешь, я настолько глуп? — рычит мне прямо в губы. — Я сделаю тест на отцовство, и полетишь ты после этого…

— Без проблем, — твердо выдыхаю я. — Хоть сейчас, чего зря время терять.

Смотрю в его медовые глаза смело и уверенно.

— Ты понимаешь, что если родство не подтвердится, я тебя… — изображает какой-то непонятный жест свободной рукой, но несложно догадаться, что имеется ввиду.