Свободные отношения

Даже если за здоровье, даже если прозвучит банальное «ты меня уважаешь», даже если папа римский предложит выпить на брудершафт. Ты можешь лавировать в рамках своих десяти глотков. Растягивать, хитрить, весь вечер провести с одним стаканом, прикладываясь к нему для вида. Как угодно. Но никто не должен догадаться что тебе нельзя, что ты не можешь, что боишься. Всегда должна быть чувство собственного достоинства, уверенность в себе, в своих силах. А для уверенности нужно четко знать, что и как. Так что бери это гребанный бокал. Мне надоело с протянутой рукой стоять.

— Ты змей искуситель, — ворчу, но принимаю игристый напиток, потому что здравое зерно в его рассуждениях есть.

— Ничего подобного, — жмет плечами и садится напротив, — это строгий расчет. Моя жена должна быть сильной, и не бледнеть, как полотно, едва на шаг выйдет из зоны комфорта.

— Стратег, — хмыкаю, поднося бокал к губам.

— А то! — улыбается озорно, — предлагаю тост: за тактику и стратегию.

— До дна? — с сомнением поглядывая на янтарную жидкость.

— Не знаю Варь. Как хочешь, — в голубых глазах усмешка светится, — реально оценивай свои силы.

— Эх, Мартынов, твои эксперименты точно до добра не доведут.

Свои силы я не смогла адекватно оценить. Опять. Мне показалось, что если быстро разделаюсь с этим бокалом и поставлю точку в нашей «пьянке», то будет лучше. Типа отстреляюсь и к стороне. Фига с маслом.

Это не мой вариант. Полбокала залпом, заела фруктами. Это было пять глотков. Выдохнула и угомонила оставшееся. Еще пять.

И меня развезло. Быстро и эффективно. Потекла, расклеилась, начала глупо хихикать. А когда муж молча вложил мне в руки еще один бокал, наполненный до краев-отхлебнула, умиляясь тому, как пузырьки нос покалывают.

Он лишь наблюдал за мной, лениво устроившись на подушках. Подперев щеку рукой, участливо предложил:

— Может еще немного?

— Нет что ты, — язык заплетается, я отчаянно мотаю головой, так что круги перед глазами, а он снова наливает. И я опять тащу эту гадость в рот.

— Мдя-я-я, — тянет Илья, поднимаясь на ноги, — ты не поняла ни одного моего слова.

— Я все поняла. Я умная!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Кто тебе такую глупость сказал? — усмехается, отбирает у меня фужер, небрежно отставляет его, а меня подхватывает на руки.

— Куда ты меня несешь? — лопочу, когда он заходит внутрь номера, зеваю во весь рот, чувствуя, как глаза слипаются.

— Спать, — категоричный ответ.

— Я не хочу спать! Давай поговорим…

— Завтра поговорим, — заносит меня в спальню, кладет на кровать и придавливает свой ручищей, когда пытаюсь подняться, — все спи!

Мне хочется подняться, но не могу.