Свободные отношения

Мне оставалось лишь фантазировать, как могло бы сложиться, будь я хоть чуточку посмелее. Прикрыв глаза, видела, как я черной изящной пантерой вхожу к нему, смотрю призывно, игривым движением развязываю пояс на халате…нет, халат — это некрасиво…пусть будет кружевной пеньюар. У меня такого нет, но в фантазиях пусть будет.

Развязываю пояс, одежда падает к моим ногам, я через нее грациозно переступаю и… Дальше этого «и» фантазии не хватило. Засмущалась. Что же я за клуша такая, раз даже в мыслях не могу вести себя иначе, раскованно, по-взрослому?

Зато тело такими проблемами не заморачивалось и вполне однозначно реагировала на присутствии Неманова в доме.

Ни на миг меня не отпускало странное томление, нежными иголками покалывающее изнутри. Возбуждение бурлило внутри так, что каждый вздох казался болезненно сладким.

Мне хотелось, чтобы он пришел. Сам понял мое состояние и пришел. И будь что будет.

Роман— Как дела на квартире? — спрашивает осторожно, когда ужин подходит к концу."

"— Мечтаешь, меня выпроводить? — не могу удержаться, чтобы не подколоть. Лисовая тут же краснеет и идет на попятный

— Что ты! Нет! Конечно, нет! Просто интересуюсь, как обстоят дела.

Дела обстоят отлично. Почти все последствия потопа убраны. Можно хоть завтра возвращаться домой, но я не собираюсь торопиться. Дома скучно. Там нет вкусной еды и чудаковатой Мышки, глядя на которую просыпаются шальные желания.

Я сегодня весь день думал только о ней, о том, что сделаю, когда останемся вечером наедине. Наваждение какое-то! Даже сука-работа не могла перебить настрой, постоянно находился в «приподнятом настроении». Боец с готовностью реагировал на любую мысль о Варьке.

Точно ведьмы в роду были! Иначе как объяснить происходящее?

Чем оправдать очередной вечер, когда сидим на старом диване, в опасной близости друг от друга и сводит кишки от желания к ней прикоснуться, но вместе с тем даже пальцем не могу пошевелить? Внутри кипит, а снаружи упрямо держу спокойную маску. Во мне идет борьба человека, который с одной стороны умом понимает, что не надо этого делать, потому что кому-то потом будет плохо, причем точно не мне, а с другой плевать хотел о переживаниях других, когда речь идет о собственных желаниях.

А этого проклятого желания — хоть отбавляй, бурлит в каждой клетке, пульсирует в крови.

Мы почти не разговариваем. Каждая фраза затухает на середине, разбиваясь о ту стену напряжения, что искрит между нами. Каждое движение заставляет замирать.

Когда становится совсем поздно, прощаюсь и иду к себе в комнату. Варвара провожает меня растерянным, наверное, даже разочарованным взглядом.

Не смотри на меня, Мышка, не надо. Потом сама жалеть будешь. Это я тебе точно гарантирую.