Помощница для профессора

Схватила за член, а профессор вроде как даже сопротивлялся. Не так что бы очень, но у меня и члена нет, и достаточного опыта обращения с ними же тоже нет. Я не знаю, хоть и догадываюсь, как ведут себя мужчины, когда их хватают за члены. Может, у них вообще парализует волю? Судя по вчерашнему поведению Романа Андреевича, это так примерно и есть. Хвать — и делай с ним, что хочешь.

— Ты же будущий юрист, Настя, — продолжал он, — должна знать, как важны формулировки и соблюдение буквы закона. Вчера я не нарушил никаких установленных правил. Все, что произошло вчера, ты сделала своими же руками.

Я задохнулась от ярости, которая затопила сознание.

Если бы взглядом можно было убить, я бы уже распотрошила его и вывернула наизнанку, не забыв отсечь от его тела его красивый и теперь уже бесполезный член.

Ах вот как. Буква закона. Он, видите ли, ничего не нарушил. Я сама все сделала. А он со студентками не спит и под юбку мне не полезет.

Это война, Роман Андреевич. Вы еще пожалеете, что так все вывернули. Уж я добьюсь того, чтобы в следующий раз именно вы нарушили установленное правило. Нечего на меня все валить.

Вы и ваш член там тоже были. И что-то я не припомню мук совести, когда ваш язык пересчитал мне все коренные зубы во время глубокого французского поцелуя.

— Запонки, Настя, — напомнил холодный, как скала, профессор с легкой улыбкой на губах.

Ох, я сделаю так, чтобы в следующий раз он сам умолял меня снять с себя эти чертовы трусики. Вот увидите, Роман Андреевич, я тоже умею играть в эти игры.

— И кстати, Настя? — сказал он. — Спасибо.

— На здоровье, — отозвалась я сквозь зубы.

Развернулась на каблуках и отправилась в его спальню за чертовыми запонками.

***

Я злилась на Исаева. Искренне и сильно. Возможно, именно злость помогла мне сосредоточиться и не допускать больше промахов. Я помогла ему надеть рубашку, не задев руку, застегнула запонку, пуговицы, снова завязала галстук. Сегодня это был идеальный «Принц Альберт»

— Где ты научилась завязывать галстуки? Тренировалась на юристах работать не только головой, но и руками? — съязвил Роман Андреевич.

Ох, он будет издеваться? Ну, отлично. Я тоже так могу. Чуть позже, не сейчас, конечно, когда он ждет, что я ввяжусь в перепалку. Это было бы слишком просто.

— Я сама люблю галстуки. Часто носила их на практику в суд и на занятия тоже.

Легкий намек, что он совсем не замечал меня на лекциях, понят не был. Или он сделал вид, что не понял.

— А почему сейчас не носишь?

— Почти все мои вещи остались дома. Я, кстати, должна за ними съездить.

Исаев пожал плечами.

— Съезди. Но лучше купи новые. Это быстрее и безопаснее.

Тень нечто похожего на человечность и сочувствие промелькнула в его глазах. На миг. А потом Исаев снова смотрел на меня словно сквозь:

— Но это твое дело, конечно.