Поцелуй для истинного. Расколдовать дракона (СИ)

— Дракон — и просто умер? Как болеют и умирают люди? О, простите, — опомнился он, и я буквально ощутила, как наш гость огорчён собственной бестактностью, — я искренне вам сочувствую…"

"— Благодарю, — ровным тоном произнёс Дэйн, но смотрел он не на Хэльгрена, а на меня. — Роника… я вижу, что ты тоже потрясена, и позже мы с тобой кое о чём поговорим.

Я не смогла ответить. Со мной творилось странное: моё сердце, моя нить требовали обнять Дэйна и утешить его в горе, а разум… он был холоден. И напомнил, что мне не должно быть дела до боли и невзгод дракона — моего врага.

— Роника, с тобой всё в порядке? — Дэйн подошёл, коснулся моей руки. Я сосредоточилась — кажется, он хотел прочитать мои мысли. Нет уж, чудовище крылатое, ничего у тебя не выйдет! Мысленно представила, как выталкиваю его призрачную фигуру из тёмного лабиринта, и Дэйн заинтересованно нахмурился.

— Я смотрю, пока меня не было, кое-кто тренировал…

Он тут же резко оборвал себя — видимо, вспомнил, что в комнате ещё находится Хэльгрен, а ему мою тайну знать нельзя.

— Да, — пробормотала я, глядя Дэйну в глаза. — Всё именно так, как ты решил. И не беспокойся… я в порядке, просто очень сильно волновалась за тебя.

А вот сейчас следовало обнять его и спрятать лицо на его широкой груди, что я и сделала. Дэйн стал привычно перебирать мои волосы, и я прошептала, до боли сжимая веки, чтобы не заплакать:

— Мне очень жаль, что твой отец умер, Дэйн. Очень жаль.

— Мне тоже, — глухо ответил он.

Позже, когда мы остались одни — Хэльгрен ушёл в библиотеку, — Дэйн извлёк из-за пазухи бутылочку с чем-то багровым и засохшим на дне.

И пояснил в ответ на мой недоумевающий взгляд:

— Кровь отца, которую я успел взять. Если Сиальда и её любезные сыночки думают, что я ничего не заподозрил, то напрасно.

— Они отравили его? — Я поднесла руку к губам. Поистине Гэрхол был прав, и драконы — настоящие чудовища, если они могут совершать такие злодеяния!

— Пока неизвестно, — Дэйн вновь спрятал бутылочку, — но я надеюсь, что очень скоро узнаю правду. Хорошо, что я нарисовал небесный дворец — как чувствовал, что мне пригодится эта картина!

Картина.

Я досадливо закусила губу, вспомнив, что не поставила на место холст с лесным пейзажем и не закрыла его покрывалом. Но может, Дэйн в его состоянии не обратит на это внимания?

— Перед смертью отца заставили подписать новое завещание, — безжизненным тоном продолжал Дэйн, держа меня за руку так, словно только я была якорем спасения в этом мире. — Замок-Артефакт теперь по документам принадлежит Инору и Кирену.