Поцелуй для попаданки. Просто загадай желание

«У них тут что, рабство есть? Наденут мне ошейник на шею и в клетку посадят? Не-не-не, я не согласна! Я на такое не подписывалась! Всего и нужен-то один поцелуй — и домой. А дальше как хотите!»

— А вот так. Прежде чем кому-то рассказывать, сил наберись. Чтобы уметь постоять за себя."

"Миссия выжить в чужом мире десять дней и не спалиться становится совсем невыполнимой!

«Ох уж эта фея! Ну, попадись она мне!»

— А как же ты?

Я подозрительно взглянула на домовушку.

Мы же минут пять знакомы! Почему я должна ей доверять? Кроме того, Люля прислуживает Катриэль Орейо, моей предполагаемой убийце!

— Я молчать буду.

Не переживай!

— И начальнице своей не скажешь? — продолжала допытываться я.

Домовушка ответила не сразу.

— Не скажу, — наконец кивнула она. — Слово даю. А ежели тебе помощь какая понадобится, меня зови.

— Что значит зови?

— Люля, помоги! Я тут же приду! Ой, мне уже пора, — ахнула домовушка, схватила тряпку с полки и какой-то небольшой пузырек. — Дел еще столько. А тебе удачи, Видящая!

Сказала и исчезла.

— Вот тебе раз, — ошарашенно пробормотала я, поднимая ведро и присаживаясь на него.

 — Зашла в чулан поэкспериментировать с символами, ни на что особо не рассчитывая, и узнала новые подробности своих способностей. Все интереснее и интереснее… Видящая. Надо же.

Джейд Витторн

Это не Агнелика.

Чем больше мужчина наблюдал за девушкой, тем сильнее убеждался в своих подозрениях.

Ну не могла княжна так измениться. Она, конечно, была мастером манипуляций, притворств и ухищрений, недаром ее истинное лицо видели единицы, но не до такой же степени.

Даже в лучшие времена Агнелика не могла обмануть его.

Значит, действительно другая.

Витторн осторожно коснулся груди. Рядом с сердцем вот уже четыре долгих года тяжелело проклятье, опутывая его чувства смертоносными щупальцами.

И это ему еще повезло. Будь Агнелика опытнее и умнее, она завершила бы ритуал, не только привязав непокорного фокра к себе, но и лишив рассудка и воли.

Так что Витторну даже радоваться надо. Мог вообще превратиться в безмозглый овощ, способного думать лишь об объекте своих желаний.

Мужчина уже привык к этой тяжести, она стала неотъемлемой частью его жизни.

Вот только…

Вот уже более трех дней все было иначе.

Нет, проклятье не исчезло, но изменилось. Словно отступило, став другим.

Темное желание, граничащее с похотью, вдруг перестало туманить разум. Зато появились другие чувства: стремление видеть, слышать, знать и чувствовать. Не одержимость, которой он так боялся, а странное притяжение, природу которого фокр объяснить не мог.

На самом деле Витторн не знал, что хуже. С похотью можно было разобраться, запечатав её в дальнем уголке сознания.