Право первой ночи. Жар трёх сердец

— Думаешь, я тебя не хочу?

Леорас будто мысли мои читает, и я смущённо радуюсь, что в комнате темно.

— Я жажду обладать тобой, — жарко продолжает он. — Но не хочу принуждать. Не собираюсь быть как…

Он замолкает, но продолжения не требуется. Я осторожно дотрагиваюсь до мужской груди, и Леорас накрывает мою ладонь своей, давая ощутить, как сильно бьётся его сердце. Муж говорит правду, и это одновременно успокаивает и тревожит.

— Меня тоже тянет к тебе, — признаюсь, переступив, как и Леорас, через уважительное «вы». — И я ощущаю нашу связь.

— Это всё, что ты чувствуешь? — Голос мужчины звенит напряжением.

— Я не испытываю сильных чувств, — отвечаю честно на его правду. — Но ты мне нравишься. И мы связаны небом.

— Не испытываешь чувств, — эхом повторяет он.

— Нет! — вскрикиваю я. — Не пойми неправильно. Я рада этому. Те чувства… Это больно. Я не хочу их испытывать. Не хочу гореть заживо.

— Твои слова пугают меня, — шепчет он и прижимает меня к себе. — Я боюсь за тебя, Искрель.

Я улыбаюсь, ведь муж впервые назвал меня по имени. Это будто рушит последнюю преграду между нами. Наши признания обнажают больше, чем тела. Они раскрывают сердце и душу. Я обнимаю мужчину за талию, ощущая нетерпеливый жар его тела. Его желание.

Беру руку Леораса и прикладываю ладонь к своей обнажённой груди, слышу сдавленный вздох и хриплый шёпот:

— Отступить всё труднее, Искрель. Скоро я не смогу сдерживаться.

— И не надо, — выдыхаю решительно.

Внутри меня медленно и мягко разгорается пламя, и оно не похоже на взрывную страсть, что полыхала между мной и ваннором. Словно осторожный язычок свечи, оно освещает мне путь в жизни. Самой простой и спокойной, о какой я всегда мечтала. Я, мой муж, разделяющий со мной дар, и наше маленькое государство.

Пальцы Леораса вырисовывают на моей груди замысловатые вензеля, и я закрываю глаза, впитывая осторожную ласку. Пламя внутри меня требует больше, гораздо больше. Не тонкие веточки, а целые леса, чтобы раскинуться пожаром. Но я осаживаю свой дар, позволяя ему гореть ровно так, чтобы не утратить контроль. Чтобы не излить его, как в ночи с ваннором, не оплавить стены и не превратить мебель в пепел.

С Леорасом этого не будет. Мой муж чуток и деликатен, его прикосновения приятны и не причинят боли… Даже той сладкой боли, которая возносила меня на вершины блаженства. Я забуду Эдхара. Обязательно сделаю это! Укрепив связь с его братом, разорву оковы магии.

— Хочу большего, — дрожа от собственной смелости, требую я. Говорю это потому, что понимаю — Леорас не сделает ничего, о чём бы я не попросила. — Пожалуйста, возьми меня."

"Он подаётся ко мне резко, почти как ваннор, но лишь на миг. Усмирив себя, медленно разводит мои колени, и я невольно задерживаю дыхание.