Право первой ночи. Жар трёх сердец

Снова окатив нас ледяной улыбкой на прощание, правитель Халеса уходит, но я не могу не спросить:

— А как же дом, в который отвёл нас ваш наместник?

— Тот, что для слуг? — уточняет король и пожимает плечами. — Не представляю, моя дорогая Имари, зачем вы приказали моим людям отвести вас туда. Может, вас влекут воспоминания?

— Но я никогда не была здесь, — ощущая, как снова накатывает дурнота, тихо ворчу я. — Это всё сон. Далёкий сон…

— Искрель, — поддерживает меня муж. — Тебе нехорошо?

— Голова кружится, — признаюсь и, опираясь на его руку, следую за разодетыми слугами.

Мы идём по коридорам, и шум шагов скрывают разноцветные ковры. Глаза слепят отблески солнечных лучей, отражаемых золочёными рамами старых картин. Свежие цветы, в изобилии украшающие напольные вазы, источают удушливый сладкий аромат. Всё здесь дышит роскошью и кричит о показном богатстве.

— Наместник говорил, что халесцы скромны, — не сдерживается Леорас.

— А ещё сказал королю, что я приказала отвести нас в дом слуг, — напоминаю я. — Думаю, стоит забыть слова этого лживого человека. Он и в Алианоре вёл себя недостойно.

— Хотелось бы поговорить с этим наместником по душам, — цедит муж и, когда слуги оставляют нас наедине, поворачивается ко мне. — Но сначала я хотел бы услышать, что случилось. Не хотел тревожить тебя раньше, но до того, как ты добралась до кареты, явно что-то произошло. Вы со служанкой скакали на одной лошади. Да так, будто за вами гнались все разбойники Горького леса."

"Я вздрагиваю и отхожу к окну. Дрожа, обхватываю себя руками. Смотрю на залитый солнцем ухоженный сад, но ощущаю лишь холод. Мне хочется забыть пережитый тогда ужас, но я тут же чувствую объятия.

— Мы договорились быть откровенными друг с другом, — прижимая меня к себе, шепчет Леорас.

— Я… — В горле внезапно становится сухо, и голос звучит хрипло. — Убила Шеспиана. Он будто поджидал меня и набросился так быстро, что я бы точно погибла. Ивара спасла меня…

— Любовь моя, — выдыхает муж и разворачивает меня за плечи. Заглядывает в глаза. — Это точно был Шеспиан?

Киваю и поджимаю губы.

— Я верю тебе, — тут же отзывается Леорас. И хмурится. — Но не мог себе представить, что Эдхар пойдёт на такое. Особенно теперь, когда он признался в объединяющей вас магической связи.

— Или как раз поэтому…

Я всхлипываю и ненавижу себя за то, что по щекам катятся слёзы. Я не хочу плакать из-за того, кого так сильно ненавижу. Леорас тяжело вздыхает и заключает меня в кольцо рук.

— Бессердечный ублюдок! — в ярости цедит он. — Значит, мой брат приказал убить женщину, чтобы она никому не досталась? Или чтобы освободиться от связи? Не важно! Я никому не позволю забрать тебя!

Глава 32

Несколько дней пролетают незаметно.