Право первой ночи. Жар трёх сердец

— Пустую? — переспрашивает наместник.

— Это не так, — холодно отзывается Эдахар.

Я же взволнованно смотрю вверх и требую:

— Динист, опусти её!

— Этот человек пытается запутать тебя, Искрель, — ворчит он, но подчиняется. И пока огромная скрытая тканью клеть неторопливо плывёт вниз, просит: — Вспомни, девочка! Тебя спасла сестра, вытащила из ловушки Ледяного короля и привезла сюда. Ты жила здесь с матерью, пока отец не забрал вас…

— Искрель, — раздаётся голос, похожий на дуновение ветра.

У меня перехватывает дыхание, и я, ничего не слыша более, деревянным шагом направляюсь к опускающейся клетке.

— Нет, нет… Не может быть!

Глава 41

Этот голос… Кажется, что я забыла его, но нет — стоит услышать, как сердце обливается кровью и прерывается дыхание. К горлу подкатывает ком, я с трудом спрашиваю, не в силах поверить:

— Мама?..

— Искрель, бедная девочка моя. — Слышу слабые всхлипы и падаю на колени. — Доченька, это же ты?

Прижимаю ладони к дрожащим губам и судорожно втягиваю воздух в пылающие лёгкие. Качаю головой, потому что даже звука выдавить не могу. Смотрю на опускающуюся клетку заворожённо, мечтаю, чтобы покров исчез… И отчаянно боюсь этого.

Если это чудовищная ошибка, я не переживу. Потерять одного за другим сестру и родителей — безумно тяжело. Внезапно обрести того, кого оплакивал, и понять, что это плод воображения или видение, — безумная боль. Моё сердце разорвётся вмиг…

И всё же с губ слетает беззвучное:

— Мама, мамочка…"

"— Королева Алианора? — наконец обретает Динист дар речи. Отшатывается так, будто в клетке сотня ядовитых змей. — Нет… Нет!

Он отступает и, рыча, хватается за голову. С силой вцепившись в волосы, стонет, будто изнутри его раздирают на части.

— Тетал! — стонет мужчина и переходит на рыдание. — Прости, любимая…

Сейчас мне нет до наместника дела, мой взгляд прикован к покрову. Душу раздирает отчаяние от осознания окружающей меня лжи.

— Отец… — шепчу я. — Поверить не могу, что ты решился на это. — Цежу в бессильной ярости: — Ненавижу тебя!

— Искрель…

Едва слышный, очень взволнованный голос зовёт меня, но я боюсь приблизиться к клетке, страшусь навредить матери, которая чудом осталась жива. Во мне поднимается гнев на умершего отца, который обманывал меня столько времени. Который бросил жену в плену Огненного короля. Позволил, чтобы Аирир использовал её дар очистительного пламени для собственного исцеления, выкачивал из женщины силы и держал, будто зверя, в клетке…

Как он мог?!

— Я дурак! — воет Динист. — Такой идиот!

— Ледяной король не позволил Аириру завладеть женщиной из рода Имари, — холодно говорит ваннор, — распустив слухи, что Тетал опасна. Девушку остановили…

Его голос, полный льда, приносит мне облегчение.