Призрак в кривом зеркале

Став чуть постарше, девочка увлеклась духами и, прокравшись в комнату тети, подолгу сидела перед ее трельяжем, откупоривая толстые стеклянные флакончики и принюхиваясь к густой жидкости, а иногда и осторожно прикладывая к коже прохладный кончик пробки, смоченный капелькой парфюма.

Когда тетя Роза узнала о забавах с ее духами, Элю наказали, а флакончики спрятали в ящик, запиравшийся на ключ. Тогда Эля решила готовить духи сама: в старой фарфоровой чашке, раскопанной на помойке, настаивались лепестки роз, а в железной кружке – лепестки пионов, которые пахли сильнее, а значит, и духи должны были получиться более ароматными. Настоявшуюся водичку девочка переливала в бутылочки из-под детского кефира, которым поили близнецов, закупоривала комочками ваты и выстраивала под шкафом – в сухом темном месте, как и рекомендовал хранить духи польский изготовитель, добросовестно напечатавший это предупреждение на коробочке. Правда, когда мама нашла бутылочки, их вылили, но к тому моменту Эля уже и сама остыла к духам – все равно они пахли совсем не так, как настоящие.

Она росла задумчивой девочкой, тихой и пугливой, совсем не похожей на ту обаятельную, веселую, общительную хохотушку, которую нафантазировала себе Эльвира Леоновна, мечтая о дочери. Когда Эле было пятнадцать лет, она узнала, что мать назвала ее именем, похожим на свое, не случайно: маме хотелось, чтобы дочь стала ее продолжением, унаследовала от нее лучшие черты. Но этого почему-то не случилось. Выросла Эля некрасивой, толстой, с носом картошкой и тусклыми волосами. А самое главное – ни к чему не пригодной. Поначалу Эльвира Леоновна скрывала свое отношение, но чем старше становилась Эля, тем бесповоротнее разочаровывалась мать в своей старшей дочери.

Вещи Эли не продавались на вес золота. Она вязала быстро, но свитера, платья и юбки выходили обычными, скучными, а ей хотелось чего-то сказочного. На двадцать первый день рождения мама сделала ей подарок: компьютер, который сосед Валентин Ованесович помог подключить к Интернету. Мать надеялась, что Эля станет самостоятельно осваивать разнообразные программы, но к освоению программ девушка оказалась совсем не пригодна: путалась, не понимала, что означает самая простая фраза в книжке «Компьютер для чайников», смотрела на Эльвиру Леоновну глупыми круглыми глазами, отчего та раздражалась еще больше. В конце концов Эльвира Леоновна махнула на старшую дочь рукой, решив, что природа на ней отдохнула, и мучение Элино закончилось.

А компьютер остался. Без строгого надзора Эльвиры Леоновны дочь потихоньку освоила Интернет и обнаружила, что существуют целые сообщества, которые только и делают, что вяжут, придумывают одежду для кукол, изучают новые узоры и делятся друг с другом идеями.