Пышка и Герцог

Она была красива, обеспечена и умна, правда свой ум пока не использовала на созидание. Впрочем, сложно ожидать иного от восемнадцатилетней девушки, которой с детства вдалбливали, что важнее не то, что внутри, а то, что снаружи.

Еще некоторое время Ивенна восторженно говорила о своем прекрасном будущем, но не видя достойной реакции, обиделась и отправилась искать более благодарных слушателей. Судя по донесшемуся из гостиной щебетанию, на ее пути встретилась София. На удивление они прекрасно ладили."

"Графиня же задержалась в моей комнате. Она пристально посмотрела на меня и зло сказала:

— Вновь тебе повезло. Все тебя любят, хоть и выглядишь ты… — она сделала паузу и презрительно обвела взглядом мою фигуру, скрытую одеялом, — не лучшим образом. Радуйся пока можешь. Хвастайся перед отцом, какая ты чудесная дочь. Но знай: Ивенна тебя переплюнет. Она станет женой принца, и граф Лоуни будет гордиться ею больше, чем тобой!

С этит словами графиня развернулась, толкнула ладонью дверь и вышла. Я же откинулась на подушки и покачала головой. Мои догадки были верны: леди Энид до сих пор кажется, что отец больше любит меня. Но я точно знала, что это не так. Застарелая ревность к моей матери заставляла графиню страдать и настраивать против меня дочь. Мне было жаль ее, но как все исправить, я не знала.

Размышления о графине помогли ненадолго отвлечься от собственных проблем. Ровно до того момента, пока не вернулась Лара.

— Миледи, — замялась она, комкая в руках кружевной передник.

— Говори уже. Все равно хуже быть не может, — устало велела я, поправляя очки.

— Граф Лоуни прислал мне помощницу. Приказано собирать вещи и к утру переехать из дворца в дом на Вересковой улице.

Глава 30

Глава 30

Эмилия

Промозглым туманным утром, таким же мрачным, как и мое настроение, я входила в наш столичный дом. Лара осталась на улице командовать разгрузкой сундуков.

В прихожей меня встретил камердинер отца:

— Леди Вудс, Его Сиятельство ожидают вас в кабинете. Просили зайти незамедлительно.

Скинув плащ на руки лакею, я пробежалась руками по пуговичкам на груди наглухо застегнутого платья и с покорностью осужденного направилась в кабинет. Вошла и с усилием подняла на отца взгляд. За свои поступки нужно отвечать, а от ответственности я никогда не бегала.

Отец сидел за столом. При виде меня он отложил бумаги и поднялся навстречу. Некоторое время мы молча смотрели друг на друга, а потом я, всхлипнув, бросилась ему на грудь. Все так долго сдерживаемые эмоции вырвались бурным потоком слез. Я что-то бессвязно бормотала, увлажняя домашний стеганый халат отца. Отец же молча поглаживал меня по спине.

Когда соленый поток иссяк, я обессилено упала на кресло, будто из меня вытащили позвоночник.