Противотанкист. Юго-западное направление. Книга 7
Барвенковский выступ и бои на этом участке фронта. Изменится ли история или пойдёт своим чередом? Удастся ли ГГ выбраться из этой передряги?"- Приглядите за этим, а я девкой займусь. - Приказывает Пашкевич своим подельникам. - Ладная лялька, гладенькая, не то что марухи на хазах. Я её ещё утром приметил. Жалко будет такую расписывать, не распечатав, - приговаривает он.- Не понял! А чего ты там замерла? Да ещё руки опустила. Ну-ка, бегом сюда и показывай, что ты там прячешь!- А у меня дядечки вот что есть. - Выходит из-за меня Иванна и протягивает вперёд сложенные пригоршней ладони, на которых лежит рубчатый корпус лимонки.Вижу как медленно и плавно отлетает спусковой рычаг, и слышу как начинает шипеть замедлитель. Диверсы как по команде так же медленно падают на землю, а потом режим замедленной съёмки заканчивается, я выхватываю гранату из ладоней подруги и со словами - Брось каку! - отшвыриваю её в сторону, и роняю Иванну в прыжковую яму, накрыв сверху собой..."
Метод танковой засады в большом лесу не сработал, поэтому комбриг был вынужден перестроить оборону бригады, организовав два опорных пункта. Один в селе Андреевка, второй в лесном массиве возле Семёновки. Свой последний пехотный резерв (роту управления), он послал занять оборону на просеку в лесу от околицы деревни и до реки Северский Донец, чтобы автоматчики противника не обошли бригаду по лесу и не ударили с фланга и тыла. Теперь у майора Бирюкова осталась единственная танковая засада, в кустарнике с юга в пятистах метрах от дороги, напротив Семёновки. На неё он возлагал очень большие надежды, потому и направил туда командира танковой роты — старшего лейтенанта Пучкова на английском «Валентайне», выделив ему взвод тридцатьчетвёрок и отделение автоматчиков.
"После обеда противник навалился не только на 130-ю танковую бригаду. Получив хороший отлуп утром, немцы из 14-й танковой дивизии надолго притихли и зализывали раны, не показываясь нам на глаза. И только их самолёт-разведчик крутился над расположением корпуса, нарезая круги то в одном месте, то в другом, да артиллерия изредка постреливала издалека, даже не сериями, а одиночными выстрелами.

















