Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Похоже, что наше появление в этом мире сильно осложнило жизнь некоторым влиятельным лицам в верхних эшелонах власти Российской империи. Также мы грубо поломали все политические планы Японской и Британской империй на создание «сферы совместного процветания» в регионе. Какими потоками крови должна быть оплачена эта политика – это вопрос особый.

И теперь все эти люди – коррумпированные сановники, французские, британские и японские шпионы – будут всячески вставлять нам палки в колеса. В первую очередь они постараются сделать все возможное и невозможное, чтобы помешать встретиться с царем и повлиять тем самым на ход событий.

Интересно, кто из царского окружения пошел на открытое сотрудничество с британской или японской разведкой?"

"Мы с ротмистром долго ломали над этим голову. За последние сутки он будто постарел сразу лет на десять. Как говорится в Святом Писании: «Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь». Да, тяжек груз ответственности перед будущим. Но ничего не добивается тот, кто ничего не делает. А пока нам надо было идти отдохнуть, ибо скоро должно было наступить утро.

А оно, как известно, вечера мудренее…

14 (1) февраля 1904 года, вечер. Санкт-Петербург. Зимний дворец. Библиотека императора Всероссийского Николая IIМинистр внутренних дел Российской империи Вячеслав Константинович фон Плеве

Сегодня днем случилось весьма престранное событие: только я собрался послать государю просьбу об аудиенции, как вдруг из Зимнего на мое имя пришел пакет, запечатанный личной печатью Его Императорского Величества. Двуглавый орел на печати надменно смотрел на меня обеими своими головами.

Сломав сургуч, я разорвал плотную бумагу пакета. Записка, собственноручно писанная ЕИВ, была предельно любезна. В ней государь просил меня прибыть для доклада к пяти часам пополудни. При себе иметь все доступные материалы по деятельности господина Витте и французским займам… Слава тебе, Господи! Дождались! Я велел передать императорскому курьеру, что непременно прибуду на аудиенцию, если, конечно, буду жив. Чуть позже я узнал, насколько близкой к истине могла оказаться моя жуткая шутка.

Все оставшееся до аудиенции время я с помощниками собирал и сортировал бумаги, кои должны были быть представлены государю.

Ведь самодержец вправе удалить господина Витте в отставку, но, с моей точки зрения, этот человек не должен был отделаться лишь отставкой. И я хотел сообщить государю некоторые факты из жизни Сергея Юльевича. А он уже пусть решит – отпустить ли Витте с миром доживать свой век в обществе его разлюбезной Матильды Ивановны Лисаневич, в девичестве – Матильды Исааковны Нурок, или…

Государь принял меня в своей библиотеке.