Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Ольга не раз и не два ходила на морские прогулки на императорской яхте, сначала с отцом, а потом и с братом, поэтому картина была ей не в новинку.

В новинку было иное. На палубе стоящего неподалеку «Сметливого» происходило некое действо, походившее на обычную полковую утреннюю гимнастику примерно так же, как пляски папуасов киваи похожи на балет в Мариинском театре. Взгляд Ольги завораживали ритмичные движения, которые под гортанные выкрики производили раздетые до пояса мускулистые мужчины. Ольга торопливо достала из ридикюля маленький театральный бинокль, которым специально запаслась, готовясь в эту поездку.

А то вдруг надо будет что-то разглядеть, а подойти ближе не получится. Вот и сейчас ближе подойти никак, только подплыть. Только вот зрелище дочери русского императора, барахтающейся в ледяной воде, не самое лучшее решение для роста престижа династии.

Ольга подняла бинокль к глазам. На нее снова нахлынуло ночное наваждение. Черные береты да заправленные в высокие ботинки пятнистые штаны были их единственной одеждой. Покрытые потом мускулистые тренированные тела – Ольга зябла в пальто, а этим парням, отрабатывающим блоки и удары, было жарко, будто в июньский полдень.

Ольгу завораживала рельефная мускулатура бойцов, будто вышедшая из-под резца Микеланджело.

Великая княжна кое-что понимала в мужских телах, конечно теоретически. Это не были ни пахари, ни грузчики. Такой тип мускулатуры развивается после долгих занятий. Примерно так выглядели воины античности – щитоносцы и копейщики; таковы были викинги, посвящавшие войне и подготовке к ней всю жизнь. Занятиями руководил такой же мускулистый, как и бойцы, высокий офицер.

Не спрашивайте, как Ольга это определила, она и сама не могла на это ответить. Только он командовал, а другие ему подчинялись. Именно поэтому Ольга и решила, что это командир – скорее всего, поручик-подпоручик, судя по тому, что она видела перед собой взвод. Он был красив какой-то дикой красотой, силен, интересен. Со вздохом Ольга опустила бинокль. Еще немного, и ее безликое ночное наваждение начнет обретать видимые контуры.

За завтраком стул, который вчера занимал господин Гостев, оказался пустым. Не успела Ольга удивиться, как в салон вошел высокий офицер, затянутый в черный мундир незнакомого покроя.

Три маленькие звездочки на погоне с одним просветом выдавали его чин – поручик – и принадлежность к русскому воинству. На черном фоне кителя четко выделялся знак ордена Святого Георгия 4-й степени. Сняв свой черный берет, поручик склонил перед присутствующими коротко подстриженную голову.

– Ваши императорские высочества, ваше высокопревосходительство, прошу прощения за небольшое опоздание – задержался по делам службы.