Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Пока же я бы хотел, чтобы вы поделились некоторыми своими знаниями о нашем будущем с теми, кто стоит на страже безопасности государства и трона: с министром внутренних дел Вячеславом Константиновичем Плеве и вашим знакомым – генералом Евгением Никифоровичем Ширинкиным. Я думаю, что им будет о чем поговорить с вами, господа. А теперь я вынужден покинуть вас.

С этими словами Николай кивнул нам и вышел из столовой. Мы с Ниной Викторовной переглянулись. Кажется, первый контакт с высшей властью Российской империи прошел удачно.

Ну, а завтра к нам наверняка нагрянут представители, как бы в будущем их назвали, силовых структур государства.

С ними можно будет говорить напрямую – по своему опыту знаю, что во всех странах во все времена представители органов – люди деловые и в меру циничные.

28 (15) февраля 1904 года, утро. Желтое море, СКР «Сметливый»Великий князь Александр Михайлович

За двое суток, несмотря на наш неспешный ход, мы дошли до пролива между островами Росс и Корейским берегом. Погода стала почти нормальная, ветер успокоился до умеренного. По крайней мере не штормило. «Сметливый» легко режет невысокую волну, качка почти не чувствуется.

Эскадра под флагом адмирала Алексеева идет в точку рандеву с эскадрой контр-адмирала Ларионова. Густой дым из труб застилает горизонт. Дымят все: и броненосцы, и крейсера 2-го ранга, и канонерки. К нашему счастью, мы идем немного впереди и с наветренной стороны от извергающих дым кораблей. Скорей бы наш флот перешел на нефть и турбины! Я вспомнил броненосец «Ростислав», которым командовал на Черном море несколько лет назад. Половина котлов на нем работала на мазуте. Правда, устройство для распыления жидкого топлива всё время капризничало, и скептики поговаривали, что уголь в качестве топлива всё же лучше.

Находясь второй день на «Сметливом», я не перестаю удивляться этому кораблю. Вот сейчас я стою у второй дымовой трубы. Она втрое шире, чем у наших крейсеров, но и втрое короче. Этой трубе не нужно создавать тягу в топке, на всех кораблях эскадры из будущего применяется принудительный наддув. Труба отчетливо вибрирует, а если поднять голову, то видно марево раскаленного воздуха, вырывающегося из нее наружу. Эта машина дымит, а точнее парит, только когда не прогрета или проворачивается на малых оборотах.

В крейсерском режиме она практически бездымна, за что японцы и прозвали эти корабли «морскими демонами». Из-за серой окраски вражеские сигнальщики замечают их лишь тогда, когда «корабли-демоны» открывают огонь. И тогда, как выражается капитан 2-го ранга Гостев, можно тушить свет.

Стою на полуюте и смотрю, как ниже меня на кормовой палубе происходит действо, завораживающее, подобно своего рода армейскому балету.