Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Но вы должны понять меня – четыре миллиона фунтов стерлингов, даже в купюрах по сто фунтов – это здоровенный баул, который, согласитесь, в ресторане будет выглядеть неуместно. Ведь вся сумма вам нужна наличными, а не в виде чека одного из британских банков?

Евно согласно кивнул и сделал из хрустального бокала глоток мадеры.

– Мистер Уайт, деньги мне действительно нужны наличными, часть из них должна быть в купюрах по пять и десять фунтов. Если я их от вас не получу, то мероприятие, о котором мы с вами договорились, не состоится. Так что – деньги вперед!"

"– Мистер Азеф, у меня нет причин вас обманывать.

Деньги вы получите в полном объеме и в оговоренный срок. Если мы сегодня обсудим все подробности, то завтра же вместе с вами и вашими сопровождающими, которые сейчас страхуют вас, – мистер Уайт кивнул на соседний столик, за которым сидели четверо членов Боевой организации, изредка бросавших настороженные взгляды на Азефа и его визави, – и там получите всю сумму.

– Гм, разговор, достойный деловых людей, – сказал Евно. – Я полагаю, что мы сегодня обо всем с вами договоримся.

– Итак, мистер Азеф, – сказал британец, – взрывчатка для проведения акции доставлена и спрятана на складе одного нашего коммерсанта. Сейчас, после того как русский император выслал из страны всех британских дипломатов, работать стало очень трудно. Да и агенты Охранного отделения и Дворцовой полиции активизировались. Только им до нас трудно добраться. Наша перевалочная база – дворец великого князя Владимира Александровича. На пороге жилища дяди царя все ищейки начальника Санкт-Петербургского охранного отделения Кременецкого и Дворцовой полиции Ширинкина застывают как вкопанные.

Им туда ходу нет.

Я слышал, что люди, прибывшие недавно с Дальнего Востока и остановившиеся во дворце великого князя Александра Михайловича, начали собственное расследование. И довольно успешно. За некоторыми моими агентами было установлено наблюдение. Но их мало, и действовать они могут лишь через официальные каналы. А те не рискуют связываться с царскими родственниками. К тому же царь Николай оказался слишком щепетилен. Когда люди из дворца великого князя Александра Михайловича попробовали прямо сказать царю об опасности, грозящей ему от семьи его дяди, он вспылил и довольно резко выговорил этим людям, предупредив их, чтобы они больше не смели соваться в его семейные дела.

– Да, он об этом еще пожалеет, но будет слишком поздно, – задумчиво сказал Евно. – Итак, где и когда?

– Когда – чем скорее, тем лучше. Раньше мы планировали это мероприятие на Пасху, когда русские будут беспечны, празднуя свой церковный праздник, и ослабят бдительность. Но мы не можем больше ждать.