Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Мгновение спустя вышедшие из ступора адъютанты подхватили под руки императора, адмирала Тирпица и, прикрывая их своими телами, поволокли внутрь посольства в комнаты, не имеющие окон, выходящих на улицу. Вильгельм пытался вырваться, но молодые и крепкие офицеры, отвечающие за его безопасность, были явно сильнее своего монарха.

Участок Большой Морской у ресторана «Кюба» напоминал поле боя. По обеим сторонам улицы взрывом вынесло все стекла, кое-где вместе с рамами. От открытых саней, в которых ехал император со своим адъютантом, остались лишь дымящиеся головешки. Террористы хорошо видели свою цель, и сумели взять верный прицел.

Прямым попаданием мощной бомбы, упавшей чуть ли не на колени императору, сидящих в санях разнесло в клочья. Еще несколько бомб разорвалось поблизости, и теперь в торцевой мостовой зияли уродливые закопченные воронки. Воздух был наполнен криками раненых и предсмертным ржанием лошадей.

Полусотню терских казаков конвоя разбросало по сторонам. Часть станичников, тех, что были ближе всего к императору, погибла сразу же. Другие получили многочисленные ранения, ожоги и контузии. Помимо членов царского кортежа, много жертв было и среди обывателей, стоявших на тротуаре или сидевших в ресторанной зале, куда картечью хлестнули осколки выбитых взрывной волной толстых стекол.

Министру иностранных дел Петру Николаевичу Дурново повезло. Его санки следовали в некотором отдалении от царских. Кучер вовремя увидел падающие сверху предметы, и резко натянул вожжи, пытаясь развернуть сани поперек улицы. Этого у него не вышло, но в результате все получилось даже лучше, чем он хотел. От резкого разворота сани опрокинулись и легли набок поперек улицы, подставив взрывной волне и осколкам дно, сколоченное из толстых дубовых досок.

В результате сам Петр Николаевич, его секретарь и спасший их кучер были лишь выброшены на мостовую, контужены и отделались легким испугом, чего нельзя было сказать о других участниках этой драмы, включая террористов.

Двоих из них взрывная волна буквально сдула с крыши ресторана. Еще двое получили сильнейшую контузию. Привыкшие начинять свои снаряды всякой взрывчатой дрянью, большей часть изготовленной в домашних условиях, эсеровские боевики щедро нафаршировали бомбы полученным из британского посольства тротилом.

На то и был сделан расчет коварных англичан, в своих инструкциях втрое занизивших фугасное действие новой взрывчатки. Если бы бомбометание производилось, как обычно, с тротуара с расстояния пятнадцать-двадцать метров, то в живых не осталось бы ни одного бомбиста.

Когда ударная волна докатилась до Зимнего и жалобно зазвенели дворцовые стекла, Александра Федоровна, в раздумьях медленно поднимавшаяся по главной лестнице, сразу все поняла.