Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Воодушевленный такой речью, я и прибыл в Кронштадт, где меня уже ждал адмирал Макаров, один из лучших наших флотоводцев. Из-за широкой окладистой бороды и прищуренных глаз у него был вид доброго дедушки. Но я слышал, что Степан Осипович, если нужно, может быть жестким и требовательным.

– Здравствуйте, здравствуйте, Густав Васильевич, – встал он навстречу мне из-за стола, заваленного какими-то чертежами и схемами, – вы, как я понимаю, только что прибыли прямо из Германии?

– Да, господин адмирал, – ответил я, – как у вас, моряков, говорят, «с корабля на бал».

– Э, нет, Густав Васильевич, – махнул рукой Макаров, – оставьте вы эту официальщину. Вы человек штатский, инженер, поэтому зовите меня просто – Степан Осипович.

– Хорошо, Степан Осипович, – согласился я, пожимая руку адмиралу.

– Ну, вот и замечательно, – сказал Макаров, подводя меня к столу. – Видите ли, Густав Васильевич, вы приехали вовремя. Внезапно выяснилось, что весь наш флот, даже те корабли, которые еще и не спущены со стапелей, необратимо устарел. И для того, чтобы исправить эту ситуацию, нам понадобится ваша помощь.

– Господин Тамбовцев сказал мне, что паровая машина уже не подходит для современных кораблей, – заметил я, – только вот не понимаю, чем могу быть вам полезен – ведь мой двигатель не предназначен для установки на морские корабли, а уж тем более военные.

– Густав Васильевич, – всплеснул руками Макаров, – вы заблуждаетесь. Двигатели, по своей конструкцией подобные изобретенному вами, можно устанавливать почти на все типы боевых кораблей и вспомогательных судов. Почти на все – вы понимаете? Варьируется только потребная мощность и размер. На данный момент двигатель Тринклера – это самый совершенный двигатель в соображении соотношения собственного веса, мощности и расхода топлива.

Единственным недостатком, делающим невозможным его применение на крупных артиллерийских кораблях, является сильная вибрация при работе на полную мощность. Но мне кажется, что и с эти можно бороться, если установить ваш двигатель на фундамент с амортизаторами…

– Э-э-э… – только и смог я сказать. – Степан Осипович, скажите, а откуда это вам все это известно?

– Известно, и все, – загадочно ответил мне Макаров, – вы, Густав Васильевич, не о том спрашиваете…

– А о чем я должен спрашивать? – поинтересовался я.

Честно говоря, этот разговор начал уже сбивать меня с толку.

– А вот о чем, – Степан Осипович развернул передо мной один из чертежей, – люди, которые посоветовали мне обратиться к вам, также просили показать вам вот это…

Я вгляделся в чертеж и спросил:

– А что это такое? Похоже на какой-то насос."

"– Это не просто какой-то насос, – ответил мне Макаров, – это топливный насос высокого давления.