Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Есть и другие, менее значимые лица. Выгляните за окно – народ на Дворцовой площади ликует!

– Александр Федорович, – неожиданно мягко сказал Николай II, – отдышитесь, приведите себя в порядок, выпейте сельтерской. А я тем временем прочту принесенные вами телеграммы и составлю о сем событии собственное мнение. – Договорились?

Пока граф приводил свой мундир в порядок и жадно пил пересохшим ртом воду, Николай взялся просматривать телеграммы. Первая была от наместника. Она была короткой. Победили, разгромили, уничтожили. Правда, была упомянута диверсия отряда из трех неизвестных русских крейсеров, поставивших японский флот в два огня, но упомянуто об этом было вскользь, так налетели, постреляли, отвлекли, а победили мы под мудрым руководством наместника.

Телеграмму генерала Стесселя царь, смяв, бросил в корзину для бумаг, лишь пробежавшись взглядом по первым строчкам, ибо она почти дословно повторяла сообщение наместника. И точно, судя по дате и времени, отправлена она была последней. Этому даже лень было излагать все своими словами.

Телеграмма вице-адмирала Старка была интересна тем, что в ней сообщалось о захвате в плен в бессознательном состоянии вице-адмирала Того, командующего объединенным флотом Японии, и о добровольной сдаче вице-адмирала Камимуры.

Старк спрашивал, как ему поступить, ибо Камимура желает связаться со своим императором, на предмет получения разрешения на совершение обряда сэпукку. Схватив со стола красный карандаш, император два раза подчеркнул просьбу и собственноручно начертал в углу телеграммы «ОБОЙДЕТСЯ. Николай».

Последняя телеграмма, от генерала Белого, была самой длинной, но зато и самой интересной.

Генерал, который весь день провел на батарее Золотой Горы, с бухгалтерской обстоятельностью артиллериста излагал, кто где стоял, кто куда стрелял, сколько раз попадал. При сложении в единую картину всей полученной информации получалась какая-то нелепица…

Из этой телеграммы выходило, что главным действующим лицом в этом спектакле-трагедии была не Первая Тихоокеанская эскадра, под руководством наместника и Старка, а как раз те три быстроходных крейсера под андреевским флагом, которые в самый решительный момент выскочили, словно чертик из табакерки, забросали японцев снарядами с огромных, просто невозможных дистанций, а напоследок еще и потопили минами три японских броненосца с дистанции в десять верст.

А вот это вообще ни в какие ворота не лезет…

Царь подозвал к себе флигель-адъютанта.

– Александр Федорович, вы же моряк, что вы думаете об этом?

Прочитав, граф Гейден только молча покачал головой.

– Вы тоже ничего не понимаете? А быть может, это и есть самая важная часть этого сообщения.