Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Четвертый снаряд попал в корпус ближе к носу. Полыхнула яркая багровая вспышка, и пароход накрыло облаком антрацитово-черного дыма. Потом докатился звук взрыва. Грохнуло так, что мы все присели. Злосчастный пароход в считанные секунды исчез с поверхности моря. В бинокль было видно, как с неба в воду падают, кружась в воздухе, мелкие обломки. Два других парохода были сильно повреждены. Один из них горел. Их команды панически спускают на воду шлюпки."

"Если у них в трюмах был аналогичный груз, тогда мне понятна их спешка и желание быстрее покинуть судно. Гуманно подождав, пока шлюпки удалятся подальше, мы расстреливаем и эти два корабля.

Один из них тихо тонет, а другой вдруг вспыхивает подобно бенгальскому огню, сверкая ярким кордитным пламенем.

А для нас все случившееся – наука. Если нет возможности достоверно выяснить характер груза, мы будем топить пароходы с большой дистанции. Страшно подумать, что бы стало с «Адмиралом Ушаковым», если бы этот пароход рванул к нам поближе.

Следующая группа пароходов, меньшего водоизмещения, чем предыдущие, следующая курсом на Мазанпо. Увидев нас, они разворачиваются и, отчаянно дымя трубами, удирают в сторону Цусимы.

Но нам это и надо. Разогнав тех, кто шел в Мазанпо, спешим перерезать муравьиную тропинку на Пусан. Почему муравьиную тропинку? Да потому, что там вовсю шныряют джонки, перевозящие пехоту. Их парусами полон горизонт. Вот ими-то мы и займемся, как только приблизимся на дальность прицельной стрельбы. А оставшаяся позади и справа по борту 3-я боевая эскадра старательно задымила своими трубами. Господин Катаока пытается нас перехватить. Отважная бойцовая черепаха ловит быстроногого степного хищника.

Что там у него? Так, дедушка японского флота, батарейный броненосец «Фусо» британской постройки времен русско-турецкой войны. Два крайне неудачных бронепалубных крейсера «Икицусима» и «Хасидате», средний калибр которых расположен в батареях, а главный калибр – единственное 320-миллиметровое орудие в барбетной установке. За всю свою службу, а прослужили они немало, по двадцать лет каждый, все три крейсера этого типа из своих бандур так ни разу не попали в цель. Своего рода рекорд бесполезности и военно-морской курьез.

Но после того, что мы учинили в Чемульпо и под Порт-Артуром, формально это сейчас самые сильные корабли японского флота. «Икицусима», кроме всего прочего, флагманский корабль вице-адмирала Катаоки.

Открываем огонь по джонкам с максимальной дистанции, когда солнце уже коснулось горизонта. Закат багровый – значит, завтра будет ветрено. Близкие взрывы разносят в щепки хрупкие суденышки. Выжившие японцы летят в ледяную воду. Захотели Кореи – платите за нее полную цену. Между прочим, вас сюда никто не звал.