Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Девушка она привлекательная, а уж на небольшое приданое и обзаведение молодым мы с Ольгой скинемся. Потом будет меня всю жизнь благодарить…

С другой стороны, тот офицер, что выжил в той истории, может случайно погибнуть при менее трагических обстоятельствах. Ведь, кроме неумолимой статистики потерь, людям является и слепой случай, в виде шальной пули в голову при уже выигранном бое. Так, в дни моего детства пал на поле брани внук Николая I, мой кузен Сергей Лейхтенбергский, красавец, рубака, храбрец. Пал холостым, не оставив потомства. Видимо, в свои двадцать восемь лет не нашел той дамы, которой мог бы отдать свое сердце.

Или нашел, но она уже принадлежала другому…

Может, и в самом деле лучше так, чем погибнуть от вина или от старости. Не знаю. Но Ирину замуж нужно выдавать обязательно, ибо сказал Господь: «Вступайте в брак, плодитесь и размножайтесь…»

Отец Иоанн, который весь вчерашний день и всю ночь провел в своем купе в размышлениях и молитвах, сегодня вышел к завтраку вместе со всеми. Благословив нас, он сел за стол и спросил вместо кофе крепкого горячего чаю с сахаром вприкуску.

Вкусы простые, а человек ой какой непростой! Хотя не стоит показывать ему статью графа Толстого, уже который год отец Иоанн молится, чтобы Господь взял от нас этого богохульника и придал его своему высшему суду. Но Господь со своим правосудием не спешит, а граф Толстой торопится нагадить всем честным людям, где может и как может.

Вот и сейчас отец Иоанн допил свой чай, встал из-за стола и направился в сторону нашего стола. По дороге он вдруг остановился у дамского столика и что-то шепнул на ушко Ирине, отчего она вдруг зарделась и потупила взор.

Подойдя к нашему столику, он подождал, пока Карл Иванович освободит ему место, и сел напротив меня.

– Ну что, сын мой Александр, что пишут в газетах? Есть ли у вас что новое, что и мне стоило бы знать?

– Газеты в основном лгут, отче Иоанн, – меланхолически ответил я, отставляя в сторону пустую чашку, тотчас же, как по мановению волшебной палочки, подхваченную ловкими руками вышколенного официанта. На его вопрос: «Еще?» – я сделал отрицательный жест, и официант растворился в пространстве, как будто его и не было.

– Особенно злобствует левая и либеральная пресса, причем что у нас, что в Европе. В Британии очередная морская паника, пишут, что Россия коварно испытала на японцах новое мощное оружие и теперь под угрозой весь британский флот. Германские правые газеты на все лады повторяют слова кайзера Вильгельма о торжестве белой расы над узкоглазыми азиатскими недочеловеками. Если учесть, что японцы считают недочеловеками европейцев, то получается весьма интересно.