Ребенок от магната, или Цена запретной страсти

Еще немного — и точно рванет!

Сглотнул вязкую слюну, когда Зая прошлась несмело ладошкой по члену поверх боксеров. Словно знакомясь в первый раз, примеряя к себе размерчик.

Сжала легонько ближе к основанию и подняла на меня взгляд. Чистый, невинный, даже немного испуганный!

Сама непорочность!

Как? Как она это делает, сука?

Еще немного — и я кончу прямо в трусы! Только от ее пальчиков, так и не дойдя до главного!

А потом пролепетала несмело:

— Ты большой…

— Устраивает? — усмехнулся довольно.

Нет, огромным размером я не обладал, тут Зая явно преувеличила. Возможно, чуть больше среднего, но мне польстило, признаюсь.

По крайней мере, женщины всегда оставались довольны.

— Не знаю, — пожала плечами, все еще не отводя взгляда от моего паха.

И этот взгляд меня сбил с толку. Что-то в нем было не то.

Удивление, задумчивость, неуверенность, но никак не сальный женский интерес, какой я обычно привык видеть в подобных случаях, когда у девочек появлялась возможность путем нехитрых манипуляций заработать приличный капитал. Совместить приятное с полезным.

А здесь Зая смотрела так, словно впервые оказалась в такой ситуации. С каким-то исследовательским интересом. Ее явно что-то тормозило.

Может, правда стоит помочь?

Притянул за попу к себе, вдавливая в нижнюю часть живота выпирающий сквозь ткань боксеров член. Потерся об Заю, давая почувствовать степень моего возбуждения.

Что ни говори, а лучший комплимент для женщины — крепкая эрекция.

Моим стволом сейчас можно было колоть орехи.

В яйцах заныло в предвкушении того момента, когда я окажусь в этой сладкой девочке. В чертовке, которая, еще ничего не успев сделать, довела меня до каменного стояка.

Войти бы в нее сейчас до упора, насадив по самое не могу, и вдалбливаться так, чтобы визжала, закусывая губы в кровь.

Но нет. Пока рано.

Еще немного поиграю.

Нырнул пальцами ей между ног, сдвинув полоску трусиков, и дотронулся до нежного горячего местечка рядом с дырочкой. Поласкал, кружа вокруг входа, растирая выделившуюся смазку, которой, на удивление, было очень мало.

Добрался до клитора, сжав легонько набухший бугорок, и снова вернулся к ее лону, раскрывая нижние губки и медленно вводя в нее один палец.

Твою ж мать, какая она узкая!"

"В ответ Зая обхватила меня руками за шею, уткнувшись в воротник рубашки, и тихо застонала. Зашевелилась, пытаясь уйти от будоражащих ласк.

— М-м-м, — жалобно замычала она, дернувшись, когда я попытался ввести в нее второй палец.

Я лишь крепче вжал ее в себя.

Не получилось.

Очень узенькая.

Горячая.

И почти сухая.

Да что я делаю не так? Ведь даже по глазам видно, что она хоть и борется с накатывающим желанием, но хочет!

Словно натыкается на какой-то внутренний барьер и откатывается назад.

Я вспомнил, что многих женщин заводит минет.