Рожденная под темной звездой
Жизнь Лизы пошла под откос именно в тот момент, когда, казалось бы, ничто не предвещало несчастья. Но в одно мгновение все изменилось.Разве может быть что-то страшнее, чем проснуться в незнакомом месте, обнаженной, скованной по рукам и ногам, и понять, что ты ничего, абсолютно ничего не помнишь? Даже собственного имени. Разве может быть что-то страшнее, чем узнать, что тебя предали близкие люди, отправили в саму Преисподнюю?Теперь ее участь стать игрушкой в руках древнего вампира, который смотрит на нее, как на вещь.Вот только почему все внутри замирает, и совсем не от страха? Почему так тянет довериться его рукам, прижаться к его крепкому телу? Она готова отдать ему всю себя. А он? Готов он ли принять ее?Или эта хрупкая девушка только замена той, кого он потерял?
В той самой сорочке, в которой была изображена на злополучной картине. С распущенными белокурыми волосами, струящимися по плечам, и томным взглядом бархатных глаз.
Она стояла и улыбалась.
На мгновение мир замер, ход времени остановился. Даже частички песка, поднятые ветром, застыли в воздухе. Где-то вдалеке перестали ездить машины, работать заводы, оборвался смех и детский крик. Течение времени сделало резкий виток.
И только лишь для того, чтобы женский призрак смог вырваться из небытия.
И у Лизы, и у Юлиана словно что-то взорвалось в голове, сдетонировало, накрыло сознание стихийной волной. Оба поняли, кто перед ними. Вот только пока не знали, что сотворила эта женщина, что бы вернуться.
А она вернулась.
Перевернув ход жизни.
Юлиан заставил себя не двинуться с места. Не сорваться. Триста лет... Триста долбанных лет он ждал этого момента. Знал, что он настанет. Придет. Рано или поздно.
И тогда...
А, собственно, что тогда?
Да ничего.
Ни ожидаемого восторга, ни прилива радости, ни учащенного сердцебиения не последовало. Все эти эмоции - от недоверия до радости он пережил неделю назад, когда в его клубе появилась Лиза. А появление Сатинской вызвало только злость и страх.
Страх не за себя.
Юлиан жил достаточно долго, чтобы знать - призраки возвращаются, чтобы отомстить. Уничтожить того, кого считают виновником своей смерти.
А Сатинскую убил он. Но даже в облике призрака она была слабее его. Намного.
Но она очень хорошо знала бывшего любовника. Его слабости. Его мечты.
И могла выбрать другой объект мести. Более ранимый. Например, человека.
- Елизавета, - нарочито медленно протянул он, чуть подавшись вперед. При необходимости готовый грудью прикрыть свою Лизу. - Какими судьбами? Что за черти тебя спровадили в наш мир? Преисподняя от тебя устала? Решила передохнуть?
Призрак колыхнулся и, не касаясь земли, подплыл к ним. Обогнул столик и встал напротив Юлиана. Но глаза - зеленые, наполненные ядом и адовым огнем - не отрываясь, изучали спутницу вампира.
- Как оказалось, черти по своей сущности тоже мужчины. А тебе ли не знать, что с мужчинами я всегда легко находила общий язык.
С языка едва не сорвалось уточнение, через какое именно место она находила общий язык с мужчинами. Сдержался. Не стоит кидаться в омут с головой. Елизавета именно на это и рассчитывает - на эффект внезапности. Ошарашить. Вывести из себя. Разозлить. И, воспользовавшись моментом, нанести удар. Пусть пока слабый, самый первый, но удар.
- Не сомневаюсь. А к нам зачем пожаловала? Неужели соскучилась?
Тонкий силуэт призрака пошёл волнами, завибрировал. Лицо Елизаветы исказила злая гримаса, она что-то выкрикнула в ответ, но вместо слов раздалось шипение.
Елизавета Сатинская исчезла так же внезапно, как и появилась.

















