Рожденная под темной звездой

Но кем он стал? Существом без запаха.

- Тебе его не достать! - нервы у Сатинской сдали, глаза лихорадочно блестели и неотрывно смотрели на камни, гипнотизирующие её.

Камни - путь к свободе.

Король сказал: ""Доведи Джаджена до отчаяния. Потом скажешь, где меня найти. Взамен отдам тебе камень"".

Гранаты у Джаджена, на хрена ей сдался Король. Да и он... Почему бросил перстень, как ненужную вещь? Случайная потеря или намеренное безразличие?

- Это тебе так кажется. Эй! Елизавета! А ты не думала, почему у Владлена нет запаха?

Сатинская не слышала вопроса. Её взгляд сверлил руку Юлиана. Надо вывести его из себя. Так, чтобы он потерял бдительность. В этом случае ей легче будет подобраться к гранатам."

"- Ты вот тут стоишь, распекаешь меня, смеешься надо мной, - начала она говорить отстраненным тоном, схожим с тоном ожившего мертвеца, коим, в принципе, она и была. - Думаешь, что уже победил. Нет. Ты ошибаешься. Спроси-ка себя, Джаджен, а где сейчас находится душа твоей человечки? Её тело теперь моё. Что хочу с ним, то и делаю. А ты загоняешь меня в угол. А это ведь очень опасно. Если у тебя такая хорошая память, как ты мне тут пытаешься продемонстрировать, то ты должен помнить, на что я способна. Я уже побывала в Аду. Мне терять нечего. Я предлагаю договор. Ты мне отдаешь камни, я убираюсь из этого тела.

Искушение было велико. Сатинская знала, что предлагать. На краткий миг, поддавшись слабости, Юлиан едва не согласился. Снова обнять Лизу, снова почувствовать её руки на своих плечах, услышать её смех, тихие стоны. Наваждение - безумно притягательное.

Юлиан, не задумываясь, не колеблясь ни секунды, отдал бы всё, лишь бы только вернуть Лизу.

Он бы так и сделал, если бы не одно существенное но.

Платок с кровью Лизы. Где он? У Владлена Стоцкого. Сейчас Юлиан выпустит Сатинскую на свободу, ему будет плевать, что она будет делать дальше. А где гарантия, что завтра в тело Лизы не вселится ещё один вытащенный из Ада призрак? И так до бесконечности. Снова и снова.

Нет.

Надо дело доводить до конца.

- Ты останешься здесь, - вынес свой вердикт Юлиан.

Елизавету не шуточно заколотило. И она пошла в наступление.

- Не согласишься, я изуродую тело этой дряни...

Сказала и рванула к Юлиану. А тот, услышав, как оскорбляют его любимую женщину, сделал шаг по направлению к Сатинской.

Они столкнулись, и Юлиан, сжав её за талию, пришпилил к стене, ощутимо приложив головой к бетонной перегородке.

- Я с этой дрянью, как ты выражаешься, собираюсь провести брачный обряд! - прорычал он и выпустил клыки.

И в эту секунду Елизавета испугалась.

По-настоящему.

Даже триста лет назад, в ту ночь, когда он её убил, она не видела Джаджена таким. Угрожающим. Страшным. Объятым внутренними демонами. Решительным.

- Ты собираешься провести обряд с... ней? - отчего-то голос осип.