Рожденная под темной звездой

- Как обосновалась? - поинтересовался он. - Илая сказала, что ты к ней ни с чем не обращалась.

Юлиан, опираясь на трость, прошёл за Лизой и встал напротив девушки. Та неловко застыла посреди комнаты, не зная, куда себя деть. Наверное, следовало сначала поставить цветы в вазу. А куда? Может, добавить в одну из корзин? Или отдельно?

Решила положить их пока на журнальный столик. Чтобы не мешали.

- Не обращалась, - подтвердила она. - Не хочу лишний раз тревожить."

"Что-то быстрое, едва уловимое колыхнулось в темных глазах. Мелькнуло и исчезло.

- Лиза, - мягкая интонация была обманчивой. - Тебе не стоит стесняться. Ты попала в сложную жизненную ситуация, и я хочу тебе помочь. Илая работает на меня, и сейчас её прямые обязанности - забота о тебе.

От его голоса на тело обрушился поток теплоты, Лизу бросило в жар, щеки запылали.

- Я поняла, - невнятно ответила она, не задумываясь над тем, что говорит. Лишь бы что-нибудь сказать, скрыть неловкость. - Может, кофе приготовить? Или сок? Или просто воды?

- Можно и кофе, - он лаконично кивнул.

- Отлично! - Лиза, сама того не замечая, провела вспотевшими ладонями по бокам. - Кофе так кофе.

Ей необходимо было чем-то заняться. Обойдя столик и диван, она заторопилась на кухню. Если бы задержалась, обернулась, то увидела бы, как с лица Юлиана пропадает маска радушия, и ее сменяет ничем не прикрытое вожделение. Как черные глаза наливаются кровью и взгляд - алчный, голодный - останавливается на её крутых бедрах.

Черный шелковый подол платья при ходьбе колыхался: вверх-вбок, снова вверх. Юлиан шумно сглотнул подступившую к горлу слюну. Как же долго он не был с женщиной... Не был не физиологически. Пожалуйста, к его услугам всегда, в любое время дня и ночи потрясающе красивые девушки любого возраста и с любой фигурой. С ними он выплескивал энергию. Сейчас же он думал о другом... О том, что безумно долго вот так - от одного взгляда, от одного движения, от легкого поворота бедра, не заводился. Член зашевелился в штанах. Да что там зашевелился! Налился кровью, увеличился в размерах. Головка стала чувствительной и, прикасаясь к джинсовой ткани, доставляла дискомфорт.

Всё правильно. Он безумно хотел тело Лизы.

Пришлось приструнить себя. Хорошо, что он сегодня надел джинсы, а не брюки. В брюках его возбуждение можно было бы разглядеть невооруженным взглядом. А к чему раньше времени пугать девчонку?

Он прошёл за ней на кухню и встал в дверном проеме, наблюдая за суетливыми движениями Лизы. Она волновалась. Нервно проводила руками по волосам, поправляя прядку, выбившуюся из косы.

- Тебе со сливками? Сколько сахара? - задавала бессмысленные, ничего не значащие вопросы, лишь бы не смотреть на него, не думать о том, что он стоит совсем рядом, так близко, что она ощущает его дыхание.

- Без сливок.