Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 3

– Я буду запекать ему юных кур в смеси из летних трав, она легка и уже готова. – То, что рассказала подруга, было понятно и не радовало. – Не захочет ли новый герцог увидеть покорившую его?

– Захочет, но мы не скажем, что мама в Альт-Вельдере. Пусть ждет письма и ест кур. Домешивай заячьи травы и пошли. Эйвон сидит в нижней гостиной, потому мы и полезли через забор.

– Я домешала, – сказала Мэллит.

Она ждала странного и не ошиблась. Нареченный Эйвоном казался неуместней обглоданных костей в цветочной вазе и лопаты в постели. Судьба не заклеймила его уродством, он все сделал сам, отпустив подобную щетке для сковород бороду и обнажив бледные уши.

– Добрый день, господин герцог. – Селина переступила порог и закрыла дверь. – Сержант Аспе передал мне письмо Монсеньора, он хочет, чтобы вы жили у нас.

– О! – гость вскочил, телом он был высок и худ. – О! Селина… Милое дитя, как я счастлив видеть вас живой, и где… где…

– Господин герцог, – подруга улыбнулась, но в глазах ее не было весны, – я тоже рада, что с вами все в порядке.

– Это ужасно, – странный человек шумно вздохнул, – ужасно… Умоляю, не называйте меня герцогом! Это была шутка Кэналлийского Ворона, шутка дурного тона! Рокэ Алва не столь страшен, как полагала покойная кузина, но он бывает жесток.

Мне не следовало его беспокоить во время отдыха, тем более что он был… был слегка… Не важно, главное, я избрал не лучший момент для своего ходатайства. И все же я верю, что юный Ричард жив, он вернется, и мы добьемся справедливости!

– Я уже просила о помощи его величество Хайнриха, – Селина оглядела кресла и буфет в надежде найти несущего спокойствие кота. – Если Окделл сбежал в Гаунау, его найдут и казнят, а Монсеньор ничего не делает зря.

Если он отдал вам Надор, значит, так нужно!

– Селина, во имя вашей прекрасной матери, не говорите так!

– Как? – не поняла Сэль. – Убийц и мародеров надо казнить. Господин Эйвон, я представляю вам баронессу Вейзель. Ее можно называть Мелхен.

– Сударыня, я счастлив столь дивному знакомству, – герцог Эйвон поклонился. Военные слегка наклоняли голову и щелкали каблуками, это было гораздо красивее. – Вы должны быть столь же добры, сколь и прекрасны. Убедите вашу подругу не держать зла на… на слишком рано потерявшего отца юношу.

– Разве можно назвать добром хлопоты за сотворившего зло? – удивилась гоганни. Нареченный Эйвоном говорил странно и не походил ни на кого из встреченных за порогом агарисского дома.. Даже дважды именуемый вызывал в памяти сразу барона Райнштайнера и Роскошную. Это было лишь тенью сходства, но оно было, а гость в серых одеждах казался чужим и непонятным.

– Садись, Мелхен, иначе герцог Надорэа так и будет стоять. – Селина отодвинула стул, села и вытащила поверх платья кольцо на цепочке.